Сказка о купце и пагубе

Оригинал находится здесь: http://starboy.name/kupche.html
 
Сказка о купце и пагубе

   
    Для вас одних, мои сестрицы,
    Для вас, наперсницы мои,
    Отрадно мне марать страницы
    В минуты счастья и любви!
 
Жил-был на свете купец, Елисей.
И была у него жена, Настенька.
До того собой хороша,
Что трудно и описать-то.
Глянешь – не оторваться.
По дому всё прибирала.
Коль чего попросит хозяин,
Поклоном ему ответит
И нужное вмиг исполнит.
Не жена – золото.
И был у них сынок-пострелёнок –
Веселый, ласковый,
Да за мамин подол ещё держался.
 
Хоромы у купца были белокаменные,
Ставни резные, узорчатые,
Скатерти снежные, бранные,
Погреба сытые, хмельные, –
Всего у них было вдоволь,
Да жили малым.
 
Как-то раз купец снарядился в путь-дорогу,
Погрузил товары на телеги,
Отправился в земли заморские –
Торговать парчой, шелками
Да утварью разною.
 
Долго ли, коротко ли плыли корабли –
Оказались в заморских землях.
Купец торг ведёт, живо смекает,
По базарам ходит да приглядывается,
Гостинцы для домочадцев подбирает…
 
Ввечеру собрались купцы,
Сидят за столами дубовыми,
Разливают вина иноземные,
Яства вкушают изысканные,
Мёд-брагу ковшами пьют
Да о делах толкуют,
Меж собой бахвалятся, хвастают.
Один – кралей иноплеменной,
Купленной на барыши.
А Елисей – верностью,
Что от соблазнов хранила.

С утра сел Елисей в лавке.
Подошла к нему девица.
Видом – горлица, статью – царица.
Взоры – озёра глубокие,
Брови – соболиные,
Коса – туча тёмная,
Походка змеиная.
Улыбка зазывная,
В очах – расчет,
Да в душу смотрит.

И так она купцу в душу запала –
Затронула самое дно.
Околдовала, пленила.
Сидит Елисей, поражённый,
Глаз не может отвести.
Да девица не проста –
В рукавицах не удержать,
В силок не поймать.
Умом остра, душой темна,
Всех и вся – под себя, –
Смотрит свысока и вольно,
Точно сестра самому месяцу.

А как раскрыла уста –
Уста сахарные –
Пропал Елисей. Сидит –
Только её и слушает.
 
Красавица, щёлкнув перстами,
Вернула купца в мир земной.
Но не вернулся он душой.
Опутала, увлекла его –
Так, что позабыл он
И жену-душеньку,
И сынка родимого,
И дружбу верную.
Погряз в страсти,
Как конь в болоте,
Ни о чём не тужит,
Лишь красу обхаживает
Да богатства сулит несметные.
 
А краса та ведьмой была,
Ведьмой страшною.
Ветра в руках не удержать,
Тени на аркане не объездить.
Рука слаба, да хватка,
Глаз тёмен – погубит.
Безнадежно увяз купец
В сладких путах,
Да сам от счастья
На седьмом небе.
 
Ночка тёмная, любовная.
Месяц серебристый, ясный.
Погасли огни в домах.
Дыхание женщины – тёплое…
Ведьма рядом шепчет:
«Прогони жену из дома,
Возьми меня в законные жёны!»
А купцу как будто снится.
Но что ночью любимая нашепчет,
То днём исполнится.
Кто ночью царица,
Та и днём повелительница.
 
Под утро обернулась ведьма соколицей,
Покинула нагретое ложе,
Перемахнула через море,
Ударилась о сыру землю –
И обернулась странницей,
Стучится в дом к купцу…
 
Выходила хозяйка, душа добрая,
Привечала странницу,
Ввела в покои белокаменные,
Усадила за стол дубовый,
Чару зелена вина подавала,
Принимала как сестру родную.
 
Смотрела ведьма, всё подмечала.
Приглянулись ей Настенька с сынком,
Да зависть, словно змея, сердце гложет.
Возненавидела их –
За лад семейный, за любовь простую.
Могла бы их оборотить,
Да захотела хитрей, чтобы сам купец,
Их кормилец, из дому выгнал.
 
Ведьма, откушав, хвалила.
Вышла за порог,
Ударилась о сыру землю,
Взмыла соколицей,
Домой воротилась.
В ту же ночь шепчет купцу,
Пуще прежнего насказывает:
«Возьми меня в жёны,
Сделай супругою законной!..»
А наутро хуже осы,
Совсем заела.
 
Душой и телом купец ведьме принадлежал,
И пошел у нее на поводу –
Посадил на корабль
Под паруса крылатые.
Воротился с молодой жёнкой.
Как увидала Настенька –
Затуманилась, заплакала.
Велел купец ей с сыном
Идти в лесную избу жить,
Подарки сулил - да не взяла жена,
Отвернулась молча, гордо.
 
Собрала Настенька узелок,
Крепче за руку сынка взяла
И пошла в лес,
Там в лесной избушке
Поселилась с горем своим,
Что звери и птицы жалели.
Сжалось сердце у купца.
Да делать нечего,
Страсть одолела его лютая.
 
А как привел он молодуху
В палаты белокаменные,
Распахнул сундуки лубовые
С златом-серебром,
Осыпал её дарами.
И стала та жить-поживать
Новоявленной купчихою.
А сама уже мыслит:
«Изведу купца в скором времени,
Не бывать ему хозяином…»
 
Сильны были чары ведьмы –
Купец и души в себе не чает.
А та собой любуется в зеркалах
Да в шелка дорогие наряжается.
На купца смотрит с презрением.
Принца в стольном граде приметила.
 
Ведьма была ненасытною.
Стоило ночи спуститься,
Страсть её одолевала.
Уснёт купец. Обратится она
Кобылицей огневой,
Помчится за табуном по степи,
Только под утро воротится;
Иль обернётся лебедью чёрной,
Запенит воды ночные,
До зари резвится
С лебедями белыми.
Но пуще любила быть женщиной.
 
Входит как-то купец в свои палаты
И видит: сидит жена новая
В парче-злате, усмехается.
Ни заботы на ней, ни труда,
Только в зеркало глядится.
Кольнуло купца в сердце, защемило,
Понял - живут неправильно, кривдой,
Да перечить не посмел –
Приворот сильнее воли.
 
А в это время Настенька с сынком
Живут в избёнке лесной.
Купец, хоть и спровадил их,
Но поддерживал, как мог.
Не хлебом единым:
То мёду бочонок,
То ткань на основу.
Таил в сердце укор
И посылал им подати исправно,
Словно откупался от совести.
 
В скором времени подвернулась,
Сошлась ведьма-таки с принцем.
А купца – за ворота.
Пригрозила ему на прощанье:
«Ступай и не смей возвращаться,
А не то в каземат брошу,
Где кости твои истлеют!»
Не посмел купец перечить
Воле близкой царской.
Так и остался Елисей у разбитого корыта.
Постоял у ворот, помял шапку в руках, Словно воды в рот набрал –
И побрёл, не зная куда,
Куда ноги понесут.
 
Ведьма страсть как злится:
В царицы, вишь, метит.
Да принц себе цену знает –
Позабавился – и будет,
Не ровня она ему, не по чину.
Живёт ведьма в купеческом доме
Да с тоски сохнет.
Богатство по миру пустила,
Сама ни с чем осталась.
 
А купец побродил по свету
Да воротился с покаянием
К лесной избушке,
Где Настенька с сынком жила.
Постучал… пустила его Настенька –
Кто ж повинную голову сечёт?
Простила мужа блудного, окаянного.
Так и стали они мирно жить
Да добро наживать.