Фабричные трубы в горло его вставлены

Фабричные трубы в горло его вставлены -
Вряд ли он сможет что-то ещё сказать.
И в бесконечное серое небо устало
Смотрят его голубые когда-то глаза.

Когда-то наверно - чистые и голубые -
Но это было давно - зачем вспоминать?
Его с тех пор неоднократно разбили -
И собирали снова - и били опять.

И с каждым разом глаза всё больше линяли -
Время слезами по капиллярам текло.
И вот они обрели оттенок финальный -
Они теперь прозрачные, как стекло.

И ногти его - тоже стеклянно-прозрачны -
А смех - как желчь и как волчьи взгляды жёлт.
А рот окровавленный он под шарфом прячет -
Колючим шарфом, который кусает и жжёт.

И этот шарф - его постоянно душит -
Терзает плоть, точно хищная тварь.
Но он не снимает его. Всё-таки лучше
Не обнажать кровавую рану рта.

И он говорит - но хрипло и неумело.
Он разучился после бесчисленных лет.
И под пальто протёртым - уже не тело,
А поднятый кем-то на кладбище белый скелет.

И он идёт - в макабрическом ломаном танце -
Кукла в когтях чьей-то жестокой игры.
Он не вернётся - в могилу нельзя возвращаться.
Она в земле, заколочена - путь закрыт.

Так что - теперь приходится жить - как-то -
Уже который - по пальцам отсчитанный - век.
Нет, он не хочет ложиться в могилу обратно -
Но и не может жить - как человек.

Какой некромант его безжалостно поднял?
Какой скучающий маг из смерти призвал?
И вот он идёт - в пальто и шляпе немодных -
И бьётся стекло в его прозрачных глазах.

Идёт - манекенным или солдатским шагом -
Он встал из гроба - но только не с той ноги.
И нет у него души - ибо душа его -
Осталась там - среди разрытых могил.

А он - всего лишь запись для граммофона -
Всего лишь память - о том, кем когда-то был.
Зачем, некромант ты его из могилы поднял -
Того, чей взгляд когда-то был голубым?

Таким наивным - таким по-детски доверчивым -
Каким на мир смотрит лишь идиот.
Теперь ему уже надеяться нечего -
И он марширует куда-то - куда-то идёт.

Он будет идти - шаг за шагом - сегодня -
И ночью - а завтра - новая жизнь - и новая роль.
Зачем, некромант, ты его из могилы поднял?
А впрочем - поднял и поднял - не всё ли равно.