Тоска эта ****ская не зависит от обстоятельств...

Стихи мне, что дети. Волнуюсь за каждое,
И каждым все чаще я недовольна.
Вылезают какие-то лишние строчки,
Банальные рифмы глагольные.

Все темы сводят к нелюбви и отчаянью,
К боли как постоянной подруге.
И мне ничего с собой не поделать,
Меланхолично заточена, жутко,

Но жизнь мне все чаще не в радость,
Все книжки, таблетки и терапевты -
Не в коня корм. Слабость от одиночества,
Устала болеть любовью по венам.

Сытый голодного не разумеет,
Мне вновь советуют улыбаться и радоваться.
Но тоска эта ****ская, как писал Довлатов,
Не зависит от обстоятельств.

Мне бы хотелось, как те отшельники,
Принять одиночество, наконец, неминуемым.
Но я не могу без мира людского,
Ему ненужная и полоумная.

Потому и прямые все параллельными,
И понимания не находишь у сытых.
Если плохо - тебя со временем списывают,
Телефон молчит, что у мертвого или убитого.

Смирение есть, и воля случается.
Но все не могу я факт  тот  принять,
Что краеугольный камень всему - одиночество,
И пора бы уже научится терять...

Ну как же отшельники, как же монахи?
У них получается ведь без тоски!
А я все соплями, слезами по комнате,
И, кажется, от этого уже не спастись.