Юдоль городская

 1. Оскомина

С утра  оскомина  вчерашней лжи:
"съезд" светских львице-кур, ничтожеств.
У той девицы -  знак Изиды на груди...
Опять, опять   я был неосторожен!

Все как всегда –  провинциально.
Вульгарна Примадонна, как всегда,
но хороша в своем бесстыдстве нереальном.
Как мерзко это было, господа.

Ночь не спал:
то русалка  звала с прибрежных камней,
то мерещился плач забытых детей.




 


3. Феномен русской культуры. Кухня


Вернулся домой. Теперь друзья,
бесцеремонно потребуют от меня

прервать уединение - пожертвовать собою.
Придут,  не ведая часов и сроков,
Решают всё и вся,  глобальное, "глубокое»,
азартно споря обо всем, взахлеб:

"Мир на взводе"!  "разжалась пружина"
"шторм" мозговой,  «мировые  дела»,
не ведая, что за стеной,  у  тёти Зины
до слез болит, раскалывается голова.

Из кухни доносится в тон нервозности,
пошлость, самовлюбленность,
как всегда, призывы к общественной совести... -
                а ведь у многих
                и личная совесть не ожила.



***  за опущенными занавесками

Мы вспоминали ту,
              первую нашу весну.

пили  портвейн за опущенными занавесками.
Ты  рассказывал как  превратился в брюзгу,
как трудно жить этими  легкими пьесками.

Вспоминали подружек, старые времена:
ансамбль, массовка, теплое  море,
декорация – прошлого милая пелена.
Но как бездарно сыграли наши актеры!


* званый ужин

остроты, фразы  и  машинальные фразочки,
все эти шуточки, всплывшие за разговором,
cлова, произнесенные скорее губами, чем разумом,
заполняют пространство ложью с завидным упором.