Снова замерло всё до рассвета...

               
     Эту историю мне рассказал мой старший товарищ - коллега по работе. Случай

 

 этот произошёл в конце 60-ых годов прошлого века и, как мне кажется,

заслуживает того, чтобы первым быть мною вам рассказанным. А в прочем, вам

-судить.

       Заканчивался очередной год построения, кажется, "развитого социализма".

За несколько дней до наступления Нового Года, в вестибюле проектно-

изыскательского института появилось красочное объявление, приглашающее всех

 желающих на встречу Нового Года - 29 декабря, в 18 часов, в помещении клуба. В

 программе праздничного вечера предусматривалась торжественная часть (для

 молодых расшифровываю: это небольшая речь руководителя или местного партийного

 лидера, речь минут на сорок, похожая на речь незабвенного Серафима Огурцова из

 фильма "Карнавальная ночь". Затем шёл концерт художественной самодеятельности,

лотереи, розыгрыши и конечно (на десерт) - праздничный банкет с шампанским и

 танцами.

        Все, кто работал в те  годы в подобного рода институтах, хорошо помнят,

что происходило во время подготовки такого новогоднего мероприятия. Последнюю

 неделю перед праздником институт полу работал – полу готовился. Короче, 29

декабря уже с утра институт лихорадило, а из некоторых комнат и даже из

 отдельных кабинетов доносился ароматный запах вина, кофе и парфюма (для

 соответствия времени происходящего - я должен отметить, что такого слова тогда

 не употребляли, и точнее вместо парфюма надо употребить - запах вина, кофе и

 чудной смеси "Шипра" и "Красной Москвы").

        Среди прочих номеров программа концерта включала песню Бориса

 Мокроусова "Одинокая гармонь". Помните - "Снова замерло всё до рассвета, дверь

 не скрипнет...". Песню эту собирались исполнить дуэтом ...ну, назовём их

 Володей и Сашей; а  аккомпанировал им на гармошке - Николай. Ребята много и

 успешно выступали ранее, и теперь упорно репетировали (на празднике

 предполагалось присутствие всего руководства института и гостей из смежных

 институтов, а также товарищей по партии из райкома и по профсоюзу - из

 Министерства). Репетировали ребята и в последний день - 29 декабря. Но,

поскольку праздник начался, как я уже сказал, несколько раньше, то к началу

 концерта певцы "вырубились" и, уронив головы на рабочие столы, крепко спали и

 даже чуть храпели. Что же касается гармониста, то у него хватило сил и памяти -

добраться до зала, улечься за кулисами и даже, как он позднее вспоминал, с

 горем пополам выслушать "тронную" речь и даже поаплодировать своим товарищам,

выступавшим в концерте.

        Наконец, ведущий объявил: "А сейчас дуэт таких-то исполнит песню

 Мокроусова на слова Исаковского «Одинокая гармонь». Аккомпанирует такой-то.

Зрители дружно зааплодировали. Задумавшийся Николай, очнулся, подхватил на

 плечо инструмент и бочком, бочком выдвинулся на авансцену, где ведущего уже не

 было, а стояла табуретка для аккомпаниатора.

           Далее произошло следующее. Николай поклонился залу, достал из кармана

 брюк мятый носовой платок, густо высморкался, снял гармонь с плеча, поставил её

 на табуретку, объявил: - "Песня «Одинокая гармонь»" и добавил: - "Исполняется в

 первый и в последний раз". Сказав это, он развернулся (оставив гармонь на

 табуретке) и чётким шагом бравого ефрейтора вышел за кулисы и исчез. В зале

 возникла недоумённая тишина, а затем разразился дикий хохот. Смеялись все:

инженеры и техники, повара и профсоюзные лидеры, товарищи по концерту и глухой

 фотограф дядя Петя. Не смеялись два человека: ... (вы правильно угадали -это

 были директор института и секретарь парторганизации).

           Вся эта история заканчивалась уже после Нового Года. Гармонист, как

 член Партии, получил взыскание по партийной линии, а двух беспартийных певцов

 лишили месячной премии по итогам работы отделов.

           Должен Вам, мои читатели, сказать, что я поверил в эту историю: во-

первых я слышал её позже ещё не раз и от разных людей; а во-вторых, сам стал

 свидетелем в чём-то похожего случая, произошедшего там же, позднее (уже в 70-

ых

 годах). Мой знакомец Серёга - молодой комсомольский активист с задатками явного

 карьериста был назначен на время очередного новогоднего праздника в институте

 командиром народной дружины и должен был отвечать за порядок и поддерживать

 его. В результате Серёга так набрался, что поддерживать пришлось его, и уже к

 середине вечера Серёга сладко спал в комнате дежурного. Я не знаю, что ему

 снилось, возможно, что-то и приятное, но на следующий день Серёга с треском

 вылетел из состава комсомольского бюро института.

           Этот случай Серёге не помешал и позднее, когда


 наступила "перестройка", а продукты и промтовары стали стремительно исчезать

из

 магазинов, Серёга у нас же в институте успешно руководил распродажами

 дефицитных промтоваров, произведённых в западных странах. Серёга, в общем по

 духу был прирождённый руководитель.       
   
   




© Copyright: Григорий Варшавский, 2015
Свидетельство о публикации №115110501531