Ryuntyu, Yuri Matthew, (2002). « P.S. for the Gogol Book “ Dead Souls ” », In: « The World Rudolph Nureyev Intellectual Heritage: Russia – XX Century ». Ser. of 35 Books Pub. IIA UNO, Ed. Acad. Ryuntyu, Yu. M., DVD-1, Book-35, Vol.1, Sydney, Australia, 2002. CULTUROLOGY EUROPE AND RUSSIA: 1791-2001 (in Russian).
Ic;ne mondiale du web: Black Lives Matter and Indigenous Australians: Lotus Glen Correctional Centre: _ Australian Gays in Prison: QLD: :
2015 : UN : Gays 'projects : USA _ Australia : Stanford University : academician Yuri Matthew Ryuntyu : BIO : Personal Science Subject: Stanford University : Australian Gays in Prison : Lotus Glen: Correctional Centre: _ Prison for Gays in QLD _ NSW _ ACT _ LGBTQ _ Prisoners : Black Gays in QLD _ Black Lives Matter and Indigenous Australians _ The-Stanford-Prison-Experiment _ USA : Рюнтю Юри _ academician Uri Runtu _ Writer _ Journalist Yuri Ryuntyu _ Gay Culture in Cairns _ academician Ryuntyu Yuri_ academician Iouri Runtu _ QLD_NSW_ TAS_ACT _ Australia 2012-2017: LGBTQI – Cultural Gay Projects: 2024: since the 1st of September 2012 until the 1st of September 2017: USA _ Australia _ Russia _ NZ _ UK – _ Black Gays in Prison: QLD : Gays in Prison : QLD _ Australia: Lotus Glen Prison : QLD _ 2012-2017
Ic;ne mondiale du web: Black Lives Matter and Indigenous Australians: Lotus Glen Correctional Centre: _ Australian Gays in Prison: QLD: :
2021 : Tiktok : Runtu, Uri Telegram : Canberra ACT Australia / Keywords: Russian literature.; Russia - Intellectual life.; Russia - Civilization : XX - XXI century / Europe - Civilization / Human rights / 21st century Russia / http://www.stihi.ru/diary/yuri2005/2013-11-02 / Telegram : 2021.
2021 : Особо приятно и радует - Студенты в Университетах Калифорнии из США - учатся по моим : 62 книгам по Истории , Искусству и Культуре : Древней Руси : Императорской России : СССР и Новой Демократической России : Документы, Мемуары и Летописи Жизни : 3 000 Россиян : с 10 по 21 век : / http://www.stihi.ru/diary/yuri2005/2016-04-12 / 2005-2021 / .
Фото : 2000 : ДВД диски с книгами автора : Юри Мэттью Рюнтю и « МИРОВОЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ НАСЛЕДИЕ РУДОЛЬФА НУРЕЕВА: РОССИЯ - ХХ ВЕК »
нередко правила воля - отдельной личности.
Венецианский Санкт-Петербург – каприз Петра Великого в России.
Транквилизирующий Тадж-Махал – мемориал в память о жене в Индии.
Величественная Пирамида Хеопса – игрушка для себя любимого в Египте.
Интригующее воображение здание Мирового Торгового Центра на Манхэттене – прихоть мэрии Нью-Йорка.
С легкой руки Рудольфа началась – НУРЕЕВСКАЯ ЭРА АЛЬТРУИЗМА – в МИРОВОЙ ИСТОРИОГРАФИИ СЛАВЯН библиотечные каталоги в России и на Западе.
Осуществление целей завещания взял на себя его друг Юри Мэттью , что и имело место в 1983 году - по инициативе австралийского писателя - Патрика Виктора Мартиндейла Уайта (Patrick White: 1912-1990), задушевного друга Рудольфа Нуреева.
Перед нами Эталон Сохранения Исторической Памяти о соотечественниках и представителях культуры и искусства Европы, определивших лицо ХХ века.
Его суть пронизана чувством глубокого преклонения перед поколениями высокообразованных россиян с Богом в Сердце и с Совестью от Бога, кто представляет век от века национальную гордость народов России.
Список имен составлен для этих исторических летописей лично Рудольфом в знак любви к своей Родине и уважения к Духовным и Историческим Сокровищам Мировой Культуры.
В связи с успешной работой над Проектом Века - австралиец Ю. М. Рюнтю - был избран 25 июня 1996 в состав Международной Академии под эгидой ООН.
Годы работы обрели гордое имя « The World Rudolf Nureyev Intellectual Heritage: Russia – XX Century » или
« МИРОВОЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЕ НАСЛЕДИЕ РУДОЛЬФА НУРЕЕВА: РОССИЯ - ХХ ВЕК »
-----------------------------------------
РУКОВОДИТЕЛЬ - этого НУРЕЕВСКОГО ПРОЕКТА: ЮРИ МЭТТЬЮ РЮНТЮ (АВСТРАЛИЯ).
--------------------------------------------
Автор книги Ю. М. Рюнтю и его - 35 книга из НУРЕЕВСКОГО ПРОЕКТА :
Однотомник. “ P.S. для « МЕРТВЫХ ДУШ » Николая Васильевича Гоголя ”. 2002.
Мировая Культурология Славян России и Зарубежья и Традиции Русской Православной Литературы: 1791-2001.
Великий писатель, как славянский Нострадамус.
Первый Вождь Всех Антихристиан Российской Империи и Первый Вождь Всех Антихристиан СССР –
Юрист, Палач и Дворянин Владимир Ильич Ульянов - Ленин или Чичиков.
Партноменклатурные Ноздревы, Собакевичи, Коробочки, Плюшкины и Маниловы - скорым транзитом из мертвого СССР на процветающий Запад.
Фантасмагории Культурного Наследия Советского Общества или Двухвековые Алтари Русской Антихристианской Литературы.
Сегодня в РФ или десять лет спустя после Второй Русской Буржуазно - Демократической Революции: 1991-2001. Атмосфера жизни элитных семей лидеров КПСС в Риме, Париже, Нью-Йорке, Берлине и Лондоне, как литературный комикс из первых рук.
Многократные Самопогромы Русской Интеллигенции и
Летописи Истории Российской Империи: 1791-1917,
Летописи Истории РСФСР: 1917-1991,
Летописи Истории СССР: 1922-1991 и
Летописи Истории Новой Демократической России: 1991-2001.
Мировая Литература и Судьбы - 100 Собраний Сочинений Классиков Русской Антихристианской Литературы: 1791-2001.
Автор Ю. М. Рюнтю.
DVD-1 + РОССИЙСКАЯ БИБЛИОГРАФИЯ: ЕВРОПА И РОССИЯ XVIII-XX ВЕКА
РЮНТЮ, Юри Мэттью (2002). Однотомник « P.S. для “ Мертвых Душ ” Николая Васильевича Гоголя». В « МИРОВОМ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОМ НАСЛЕДИИ РУДОЛЬФА НУРЕЕВА: РОССИЯ - ХХ ВЕК », СЕРИЯ ИЗ 35 КНИГ НА КОМПАКТНОМ ДИСКЕ ФОРМАТА DVD ИЗДАТЕЛЬСТВА « МЕЖДУНАРОДНАЯ АКАДЕМИЯ ИНФОРМАТИЗАЦИИ, АССОЦИИРОВАННЫЙ ЧЛЕН ООН » ПОД РЕДАКЦИЕЙ АКАДЕМИКА РЮНТЮ Ю. М., КНИГА 35, СИДНЕЙ, АВСТРАЛИЯ (НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ). КУЛЬТУРОЛОГИЯ ЕВРОПЫ, Украины и РОССИИ: 1791-2001. Р97. ББК 84.8 (8 АВСТР.).
DVD- 1+ AUSTRALIAN BIBLIOGRAPHY: EUROPE AND RUSSIA XVIII-XX Centuries
Ryuntyu, Yuri Matthew, (2002). « P.S. for the Gogol Book “ Dead Souls ” », In: « The World Rudolph Nureyev Intellectual Heritage: Russia – XX Century ». Ser. of 35 Books Pub. IIA UNO, Ed. Acad. Ryuntyu, Yu. M., DVD-1, Book-35, Vol.1, Sydney, Australia, 2002. CULTUROLOGY EUROPE AND RUSSIA: 1791-2001 (in Russian).
АПОКАЛИПСИС 66 АПОСТОЛОВ ИЗ АЛТАРЯ АНТИХРИСТИАНСКОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ СССР.
БЫВШИЕ ЗЭКИ И ВЕЛИКИЕ РОССИЯНЕ ВАРЛАМ ШАЛАМОВ, ДМИТРИЙ ЛИХАЧЕВ И ИОСИФ БРОДСКИЙ О ПОБЕДАХ УНИВЕРСИТЕТСКОЙ БОГОБОРЧЕСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ И О БЕССЛАВНОЙ ДЕСЯТИТЫСЯЧНОЙ АРМИИ КРАСНОЙ БОГОБОРЧЕСКОЙ ПРОФЕССУРЫ ВСЕХ ВУЗОВ СССР.
ГЕНИЙ ДОСТОЕВСКОГО ОБ АГРЕССИВНОЙ И ПОГРОМНОЙ СУТИ РУССКОГО АТЕИЗМА, О РУССКОЙ АНАРХИИ И ТЕРРОРИЗМЕ НАД ПРАВОВЕРНЫМ ПРАВОСЛАВИЕМ.
ПОРТРЕТЫ 19 РУССКИХ ДВОРЯН ИЗ АЛТАРЯ АНТИХРИСТИАНСКОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ.
САМОЕ СЕКРЕТНОЕ ДОСЬЕ НА ДВОРЯНИНА, МЕЖДУНАРОДНОГО ТЕРРОРИСТА И ВОЖДЯ АНТИХРИСТИАН РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ И ВОЖДЯ АНТИХРИСТИАН СССР ВЛАДИМИРА ИЛЬИЧА УЛЬЯНОВА-ЛЕНИНА.
ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫЕ РУИНЫ КОНЦЛАГЕРНОЙ СОВЕТСКОЙ КУЛЬТУРЫ СЕГОДНЯШНЕЙ РОССИИ. САМОПОГРОМЫ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ.
ЗАБЛУДШИЕ ДУШИ РУССКОГО НОСТРАДАМУСА С КЛЕЙМОМ « ЖЕРТВА » ИЛИ « ГЕРОЙ »,
КАК ТВОРЧЕСКАЯ ЧАСТЬ ВТОРОЙ РУССКОЙ БУРЖУАЗНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ: 1991-2001.
Согласно воли Р. Нуреева, компактный диск с книгой « P.S. для ” Мертвых Душ ” » Николая Васильевича Гоголя» выслан по адресам (2001-2002):
Библиотека Института мировой литературы (Москва); Библиотека музея искусств им. А. С. Пушкина (Москва); Библиотека Эрмитажа (С.-Петербург); Библиотека Дома Музея А. Блока (С.-Петербург); Библиотека Дома Музея Ф. Достоевского (С.-Петербург); Библиотека Дома Музея А. Ахматовой (С.-Петербург); Библиотека Третьяковки (Москва); Библиотека Музея Блокадного Ленинграда (С.-Петербург); Щукинское Театральное Училище (Москва); Щепкинское Театральное Училище (Москва); ВГИК (Москва); ВГИТИС (Москва); МГУ: библиотека филологов, библиотека журналистов, библиотека психологов; Академия Художеств (Москва, С.-Петербург); Консерватория (Москва, С.-Петербург); Институт Архитектуры (Москва); Кинокурсы для режиссеров (Москва); Театральный Музей (С.-Петербург); Французский Культурный Центр (Москва); Дом Актера “7-й этаж” (Москва); Дом Ученых (Москва); Дом кино (Москва); Киноцентр (Москва); Центральная Библиотека по искусству (Москва); Театральный Институт (С.-Петербург); Литературный Дом А. С. Пушкина (С.-Петербург); Библиотека Салтыкова-Щедрина (С.-Петербург); С.-Петербургский Университет; Библиотека Музея Вагановского Училища (С.-Петербург); Библиотека Музея Театра (С.-Петербург); Библиотеки Академии художеств (С.-Петербург и Москва); Библиотека в Комарово; Библиотека театра (Москва): абонемент; Библиотека по искусству (Москва); Библиотека издательства “Энциклопедия”; Гнессинское училище (Москва); Библиотека “Русское Зарубежье” (Москва); Библиотека Британского Консула по культуре (Москва); Библиотека американского центра (Москва); Библиотека японского центра (Москва); Библиотека религиозного центра (Москва); Библиотека духовной семинарии: Загорск; Библиотека Мэрии (Москва) и Президентская библиотека (Москва); “Институт Кино и телевидения”: С.-Петербург; “Ленинградский областной педагогический институт”: С.-Петербург; “Русский Христианский гуманитарный институт: С.-Петербург; “Современный гуманитарный институт” (переименован в Университет): С.-Петербург; “Российский педагогический университет им. Герцена”: С.-Петербург; “С.-Петербургский гуманитарный университет профсоюзов”; Государственная историческая публичная библиотека (Москва); Российская государственная библиотека по искусству (ранее – «Театральная Библиотека», Москва); Всероссийская государственная библиотека иностранной литературы им. М. И. Рудомино (Москва); Российская государственная детская библиотека (Москва)… РУКОВОДИТЕЛЬ ПРОЕКТОВ АКАДЕМИК ЮРИ МЭТТЬЮ РЮНТЮ (АВСТРАЛИЯ).
Автор книги Ю. М. Рюнтю и его - 35 книга из НУРЕЕВСКОГО ПРОЕКТА :
Однотомник. “ P.S. для « МЕРТВЫХ ДУШ » Николая Васильевича Гоголя ”. 2002.
СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ
1 . ПЕРВЫЙ P.S. ИЗ XIX ВЕКА: ДВОРЯНСКИЙ АД И ЕГО ОБИТАТЕЛИ ГЛАЗАМИ РУССКОГО НОСТРАДАМУСА Н. В. ГОГОЛЯ
2 . ВТОРОЙ P.S. ИЗ XIX ВЕКА: МОЛИТВЕННЫЕ БЛАГОПОЖЕЛАНИЯ ОТ Н. В. ГОГОЛЯ ДЛЯ СВЕРСТНИКОВ РАДИ СПАСЕНИЯ ОТЕЧЕСТВА, ЦАРЯ, НАРОДА И ЦЕРКВИ ОТ АНТИХРИСТИАНСТВА В РОССИИ
3 . ГЛАВА ПЕРВАЯ - КАК ИЗ ПЕРВОГО P.S. РОДИЛИСЬ КПСС, РСФСР И СССР ИЛИ ЧИЧИКОВ XX ВЕКА, ПОГРОМЩИК ЦЕРКВИ И ДВОРЯНИН-ДУШЕГУБЕЦ В. И. УЛЬЯНОВ-ЛЕНИН
4 . ГЛАВА ВТОРАЯ - ПОЛУМЕРТВАЯ КПСС, И ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО ИЛИ ПОЛУ-ДЕМОКРАТ - СОБАКЕВИЧ-НОЗДРЕВ XX ВЕКА - Борис Николаевич ЕЛЬЦИН И Полный ДЕМОКРАТ - ПЛЮШКИН ХХ ВЕКА - Руслан Имранович ХАСБУЛАТОВ
5 . ГЛАВА ТРЕТЬЯ - СОВЕТСКАЯ НОМЕНКЛАТУРНАЯ ПАРТИЙНАЯ МЕРТВЕЧИНА ТРАНЗИТОМ НА ХРИСТИАНСКИЙ ЗАПАД В XXI ВЕК
6 . ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ - ИЗ АДА В АД ПО ТРОПАМ ДАНТЕ
7 . ПЕРВАЯ РОЖДЕСТВЕНСКАЯ N.B. НА СТЫКЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЙ: ДЛЯ ПОТОМКОВ, ПРЕДАННЫХ РОССИИ, КОТОРОЙ НЕ БЕЗ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ И РУССКОГО ПРАВОСЛАВНОГО НАРОДА
Глава - ПЕРВЫЙ P.S. ИЗ XIX ВЕКА: ДВОРЯНСКИЙ АД И ЕГО ОБИТАТЕЛИ - ГЛАЗАМИ РУССКОГО НОСТРАДАМУСА Н. В. ГОГОЛЯ
Вслушайтесь в голоса ушедшего века и разговоры гоголевых персонажей:
«Послушай, любезный!
Сколько у нас умерло “…”
с тех пор, как подавали ревизию?»
«А как, например, числом?»
«Да как сказать, числом?»
Ощущение, что излюбленные вопросы ЧИЧИКОВА – ЭТО ВОПРОСЫ ИНСПЕКТОРА–БЕСА из ПРЕИСПОДНЕЙ.
Сам же инспектор растворился среди людей на Земле,
чтобы счесть, сколько мертвых между нами…
ПРЯЧЕТСЯ и ПОТОМУ ДОЛЖНО БЫТЬ ВОЗВРАЩЕНО на СУД БОЖИЙ.
Вот и оказывается:
Факт есть факт, и есть Мертвые среди Живых.
По одним расчетам - ОНИ МЕРТВЫ. По другим учетным книгам получается, что какие-то
МЕРТВЫЕ ДУШИ УБЕЖАЛИ и ЗАТЕРЯЛИСЬ в РОССИИ,
что на КРАЮ СВЕТА ЗЕМНОГО?
Павел Иванович Чичиков – славно справил свои дела на земле.
Он разыскал мертвецов с человеческими телами и пустозвоном в головах.
Оказалось, что МЕРТВЕЦЫ – это не редкость среди россиян.
Образ инспектора – торговца душами – стал ПЕРЕЛОМНЫМ историческим персонажем
с легкой руки Н. В. Гоголя.
Поставив вопрос ребром, писатель сформулировал две задачи и две цели для поэмы «Мертвые Души» в двух томах:
«Бывает время, когда нельзя иначе устремить общество или даже все поколение к прекрасному, пока не покажешь всю глубину его настоящей мерзости…», и пояснял: «…цель целого и части – вырвать живущих в этой жизни из состояния бедствия и привести их к состоянию счастья».
Была у Н. В. Гоголя и мечта: «Хотел бы я, чтобы по прочтении моей книги люди всех партий и мнений сказали: он знает точно русского человека; не скрывши ни одного нашего недостатка, он глубже всех почувствовал наше достоинство…»
Тем не менее, выписывание всех литературных персонажей для «Мертвых Душ» происходило в лучезарной и беспечной Италии и вдали - далеко от России.
Весь 1841 год он переоформлял главу за главой с параллельным чтением «Божественной Комедии» Данте, о том самом, который путешествовал по Аду с вампиром-гидом, за что поэт и был наказан отлучением от католической церкви на своей родине.
В середине 1842 СУПЕРШУМНЫЙ БЕСТСЕЛЛЕР вышел в Москве и Санкт-Петербурге одновременно.
Отзывы на книгу глубоко шокировали писателя. Он то говорил, что у него нет реальных российских персонажей, и они все до одного есть ЗАГРАНИЧНЫЙ ПЛОД его больного воображения, то тут же громко оправдывался перед читателями и признавал истинное существование этих персонажей в крепостной и промозглой от деспотизма Российской Империи.
Уже через год Н. В. Гоголь начал поспешно в панике и с чувством нарастающего ужаса переписывать первое издание «Мертвых Душ» и немедленно пришел к ведическому нострадамусову выводу:
«Такие открываются тайны, которых не слышала дотоле душа, и многое в мире
становится после этого труда ясно…» (из письма к В. А. Жуковскому, 1843).
Писатель настойчиво мечтал примирить своих недругов и успокоить общественное мнение, которое напористо рассматривало пророческую книгу как возможную причину для будущего и неизбежного социального взрыва в крепостной Империи, где продают людей из века в век. Образцы норм всеобщей работорговли в новом и заморском государстве США не устраивали русских интеллигентов, как славян и православных христиан. Российские помещики-демократы стремились к историческим образцам европейской демократии и юридическим стандартам республиканского устройства в Отечестве.
Только ради этого возможного из наивозможных условий перемирия в обществе и написано
обширное из обширнейших,
подробное из наиподробнейших
и специфическое из наиспецифических
предисловий Н. В. Гоголя
ко второму изданию «Мертвых Душ».
Вот это самое из далекого 1846 года от Н. В. Гоголя :
«Кто бы ты ни был, мой читатель, на каком бы месте ни стоял, в каком бы звании ни находился, почтен ли высшим чином, или человек простого сословия, но если тебя вразумил Бог грамоте и попалась уже тебе в руки моя книга, я прошу тебя помочь мне.
В книге, которая перед тобой, которую, вероятно, ты уже прочел в ее первом издании, изображен человек, взятый из нашего государства. Ездит он по нашей русской земле, встречается с людьми всяких сословий, от благородных до простых. Взят он больше затем, чтобы показать недостатки и пороки русского человека, а не его достоинства и добродетели, и все люди, которые окружают его, взяты также затем, чтобы показать наши слабости и недостатки; лучшие люди и характеры будут в других частях. В книге этой многое описано неверно, не так, как есть и как действительно происходит в русской земле, потому что я не мог узнать всего: мало жизни человека на то, чтобы узнать одному и сотую часть того, что делается в нашей земле. Притом от моей собственной оплошности, незрелости и поспешности произошло множество всяких ошибок и промахов, так что на всякой странице есть что поправить: я прошу тебя, читатель, поправить меня. Не пренебреги таким делом. Какого бы ни был ты сам высокого образования и жизни высокой, и какою бы ничтожною ни показалась бы в глазах твоих моя книга, и каким бы ни показалось тебе мелким делом ее исправлять и писать на нее замечания, - я прошу тебя это сделать. А ты, читатель невысокого образования и простого звания, не считай себя таким невежею, чтобы ты не мог меня чему-нибудь поучить. Всякий человек, кто жил и видел свет и встречался с людьми, заметил что-нибудь такое, чего другой не заметил, и узнал что-нибудь такое, чего другие не знают. А потому не лиши меня твоих замечаний: не может быть, чтобы ты не нашелся чего-нибудь сказать на какое-нибудь место во всей книге, если только внимательно прочтешь ее.
Как бы, например, хорошо было, если бы хотя один из тех, которые богаты опытом и познанием жизни и знают круг тех людей, которые мною описаны, сделал свои заметки сплошь на всю книгу, не пропуская ни одного листа ее, и принялся бы читать ее не иначе, как взявши в руки перо и положивши перед собой лист почтовой бумаги, и после прочтенья нескольких страниц припомнил бы себе всю жизнь свою и всех людей, с которыми встречался, и все происшествия, случившиеся перед его глазами, и всё, что видел сам или что слышал от других, подобного тому, что изображено в моей книге, или же противоположного тому, всё бы это описал в таком точно виде, в каком оно предстало его памяти, и посылал бы ко мне всякий лист по мере того, как он испишется, покуда таким образом не прочтется им вся книга. Какую бы кровную он оказал мне услугу! О слоге или красоте выражений здесь нечего заботиться; дело в деле и в правде дела, а не в слоге. Нечего ему также передо мною чиниться, если бы захотелось меня попрекнуть или побранить, или указать мне вред, какой я произвел наместо пользы необдуманным и неверным изображеньем чего бы то ни было. За всё буду ему благодарен.
Хорошо бы также, если бы кто нашелся из сословия высшего, отдаленный всем – и самой жизнью и образованьем от того круга людей, который изображен в моей книге, но знающий зато жизнь того сословия, середи которого живет, и решился бы таким же самым образом прочесть сызнова мою книгу и мысленно припомнить себе всех людей сословия высшего, с которыми встречался на веку своем, и рассмотреть внимательно, нет ли какого сближения между этими сословиями, и не повторяется ли иногда то же самое в круге высшем, что делается в низшем? И всё, что ни придёт ему на ум по этому поводу, то есть всякое происшествие высшего круга, служащее в подтвержденье или в опровержение этого, описал бы, как оно случилось перед его глазами, не пропуская ни людей с их нравами, склонностями и привычками, ни бездушных вещей, их окружающих, от одежд до мебелей и стен домов, в которых живут они. Мне нужно знать это сословие, которое есть цвет народа. Я не могу выдать последних томов моего сочинения до тех пор, покуда сколько-нибудь не узнаю русскую жизнь со всех ее сторон, хотя в такой мере, в какой мне нужно ее знать для моего сочинения.
Недурно также, если бы кто-нибудь такой, кто наделен способностью воображать или живо представлять себе различные положения людей и преследовать их мысленно на разных поприщах, словом кто способен углубляться в мысль всякого читаемого им автора или развивать ее, проследил бы пристально всякое лицо, выведенное в моей книге, и сказал бы мне, как оно должно поступать в таких и таких случаях, что с ним, судя по началу, должно случиться далее, какие могут ему представиться обстоятельства новые и что было бы хорошо прибавить к тому, что уже мной описано; всё это желал бы я принять в соображенье к тому времени, когда воспоследует издание новое этой книги в другом и лучшем виде.
Об одном прошу крепко того, кто захотел бы наделить меня своими замечаниями: не думать в это время, как он будет писать, что пишет он их для человека ему равного по образованию, который одинаковых с ним вкусов и мыслей и может уже многое смекнуть и сам без объяснения; но вместо того воображать себе, что перед ним стоит человек, несравненно его низший образованьем, ничему почти не учившийся. Лучше даже, если на место меня он себе представит какого-нибудь деревенского дикаря, которого вся жизнь прошла в глуши, с которым нужно входить в подробнейшее объяснение всякого обстоятельства и быть просту в речах, как с ребенком, опасаясь ежеминутно, чтоб не употребить выражений свыше его понятия. Если это беспрерывно будет иметь в виду тот, кто станет делать замечанья на мою книгу, то его замечанья выдут более значительны и любопытны, чем он думает сам, а мне принесут истинную пользу.
Итак, если бы случилось, что моя сердечная просьба была бы уважена моими читателями и нашлись бы на них действительно такие добрые души, которые захотели бы сделать всё так, как я хочу, то вот каким образом они могут мне переслать свои замечания: сделавши сначала пакет на моё имя, завернуть его потом в другой пакет – или на имя ректора С.-Петербургского Университета его Превосходительства Петра Александровича Плетнева, адресуя прямо в С.-Петербургский Университет, или на имя профессора Московского университета его Высокородия Степана Петровича Шевырева, адресуя в Московский Университет, смотря по тому, к кому какой город ближе.
А всех, как журналистов, так и вообще литераторов, благодаря искренно за все их прежние отзывы о моей книге, которые, несмотря на некоторую неумеренность и увлечения, свойственные человеку, принесли однако ж пользу большую как голове, так и душе моей, прошу не оставить и на этот раз меня своими замечаниями. Уверяю искренно, что всё, что ни будет ими сказано на вразумленье или поученье моё, будет принято мною с благодарностью».
Здесь-то писатель и пригласил всех на нелимитированную по датам жизни разборку с собой, которую и начал я с его же легкой руки и его же благословения через 154 года на сегодняшний 2000 год. Он объяснил для меня, что плохо знает Россию, и подчеркивая свое частое и долгое пребывание за границей по состоянию здоровья, а не из-за распространенной в то время моды на туристическую прихоть. Было хорошо известно и то, что и сам его итальянский “был вторым родным языком”, как мой сегодняшний английский для меня.
Не убежденный в том, что его надежды и замечания правильно и ясно примут к сведению, писатель подчеркнул явные и слабые места в БЕЗДУШНОЙ ПОЭМЕ ДВУМЯ ГОДАМИ ПОЗЖЕ: «Соображаю, думаю и обдумываю второй том «М.Д.»… Читаю преимущественно то, где слышится сильное присутствие русского духа. Прежде, чем примусь серьезно за перо, хочу назвучаться русскими звуками и речью» (из письма Плетневу, 1848).
Эти настойчивые опасения за судьбу книги были не случайным чувством или результатом горячего воображения.
Уже была общеизвестна агонизирующая неудача писателя с первоначальной версией второго тома, что была разболтана его друзьями в июне - июле 1845.
Именно тогда Н. В. Гоголь начал писать и сжигать главы, а в 1848 году закончил свой костер из продолжения бестселлера века на темы некрофилии - «Мертвых Душ».
За годом в год все было начато сначала, но после 11 февраля 1852 «обновленный бестселлер» навсегда остался в формате «первого тома». Все вновь написанное настойчиво толкало автора к очередному сжиганию рукописей, которые и сгорели БЕЗВОЗВРАТНО.
Так решил для себя гениальный и требовательный к себе мировой классик…
прожить с 1845 по 1852 годы.
Не помогло и то, что с середины 1843 года Н. В. Гоголь ежедневно молил Бога
«…дать ему силы поднять произведение свое на высоту тех откровений, какие уже получила душа его»
(по свидетельствам П. В. Анненкова). Но, Бог не дал, и все ушло ПРАХОМ.
После не завершения работы и святотатства над несостоявшимся бестселлером писатель таинственно умер, послав «к чертовой матери» всех заинтересованных в ожидании «нового шедевра века». Так как бы все на первый взгляд и остановилось; но не тут-то было…
ПЕРСОНАЖИ ПРОИЗВОДИТЕЛЯ МЕРТВЕЧИНЫ
НЕ ТОЛЬКО ОБЕССМЕРТИЛИСЬ НА РОДИНЕ, НО И СНЯЛИ
ОГРАНИЧЕНИЯ ДЛЯ СПЕЦИФИЧЕСКОГО РаСсЕлЕНИЯ
ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО СРЕДИ РУССКОЯЗЫЧНЫХ ЛИТЕРАТУРНЫХ ИЗДАНИЙ.
О том, что у ПАЛАЧА для подсудных русскоязычных мертвых душ «сидела в голове» и еще какая-то особая дантова формула из «Божественной комедии», есть много свидетельств.
Великий и проверенный веками итальянский сюжет об откровениях ясновидцев и боговидцев умер на русскоязычной звуковой почве.
В своих же сокровенных разговорах о сути «Божественной комедии», что немаловажно иметь в голове для читателя, А. С. Пушкин и Н. В. Гоголь никогда не использовали русскую речь.
Они говорили на свободном итальянском об АДЕ – ЧИСТИЛИЩЕ – РАЕ.
И вот почему:
А. С. Пушкин не хотел сливать слог Данте с русским языком, чтобы русскоязычная «библейская похабность» не изменяла смысла итальянской рифмы. В своем родном и «первобытном языке» А. С. Пушкин ценил и отдавал предпочтение «грубости и простоте».
Именно эта «языковая дантова диковинка» и стала причиной для волеизлияний Н. В. Гоголя в то самое и особое время литературных поджогов. Мечта же оформить отечественные «Мертвые Души» в ключе зарубежных откровений «Божественной комедии» – НЕ СБЫЛАСЬ.
Так или почти так осталось в русской литературе незавершенное творение гения,
где все литературные герои по недосмотру или по умыслу остались в АДУ.
Перспективы Чистилища или Рая – оказались для них запретными и навсегда ненаписанными. А потому в перспективах недоступными... для заселения в русской истории ХХ века.
Фото: Иллюстрация Гюстава Доре к «Божественной комедии». Сцена Рая. В подарок от Иосифа Бродского для моих читателей. Internet, 2000.
Гению Гоголя не удалось изменить Россию.
Первый том остался РУССКИМ АДОМ.
Второй том исчез в жарком и ненасытном камине – чем и обернулось, в конце концов
для его книжных героев ОБЕЩАННОЕ АВТОРОМ ЧИСТИЛИЩЕ.
Ворота РАЯ остались Накрепко и СУДЬБОНОСНО ЗАПЕРТЫМИ смертью литератора.
Писательский самосуд над «Мертвыми Душами» оставил всех их в АДУ.
Причуды и отвращения писателя к своим персонажам стали роковыми и для него самого.
Без Живой Всечеловеческой Души не подразумевается Плодоносящая Жизнь среди людей.
Перелистывая судьбы героев, видишь…
Манилов – «ни то, ни се…»
Далее следуют образы «один гаже другого».
Плюшкин же именуется «прорехой на человечестве»…
Похоже, что в Преддверии Преисподней жили те,
кто был без добра в сердце, без намека на совестливость,
а поближе к сатане «селились» еще более гаже и греховнее.
Перед нами как бы история ТЕМНОЙ СТОРОНЫ души русского человека ГЛАЗАМИ ПИСАТЕЛЯ: СТУПЕНЬ за СТУПЕНЬЮ.
Здесь колодец ПАДЕНИЯ и РАЗРУШЕНИЯ ЛИЧНОСТИ ВЕЛИКОРОССА.
Здесь переплетены все сути человеческих надломов и противоречий.
Одно – как бы в раздельном.
Целое – как бы часть отдельного.
Плотное переходит в текучее, как лед в воду и… обратно.
Совсем страшным становится признание Н. В. Гоголя о себе:
«…все мои последние сочинения – история моей собственной души…»
Его всегда будоражила СМЕРТЬ, как фундаментальный феномен
человеческого не существования и запредела границ жизни.
Этот символ нашел особо широкое выражение в его недолгом литературном творчестве.
Н. В. Гоголь (1809-1852) писал о близком для себя и о том,
что жило внутри круга его друзей и недругов.
Он остается великой тайной Русского Ощущения Мира.
Мистика и двусмысленность, страх и смех, подозрение и открытое сердце…
все это фонтанировало в нем одновременно.
Он не так много писал между болезнями и поездками к врачам по всей Европе.
Почти все было создано им между 1831-1836.
Слава захватила его сразу после: «Вечеров на хуторе близ Диканьки» (1831-1832), «Миргорода» (1835), «Арабесок» (1835) и «Ревизора» (1836). Его «Шинель» и «Мертвые души» увидели свет одновременно в 1842. Следующие десять лет писатель молчал, а затем в 1852 газеты сообщили, что он "сжег продолжение «Мертвых душ» и больше нечего ждать".
В истории остался трагичный факт:
второй том «Мертвых душ» ушел на отопление спальной комнаты Н. В. Гоголя.
В тот же год писатель умер.
Что же толкнуло его на посмертную тайну от потомков и на решительный поступок самоуничтожения своих пророческих открытий для будущего своей России? Нет ничего странного, если утверждать, что книгописание – это процесс моделирования поведения знакомых людей, а значит, и ЦЕЛЫХ ИСТОРИЧЕСКИХ ПРОИСШЕСТВИЙ с их участием. Именно моделирование ПРОИСШЕСТВИЙ, а не СОБЫТИЙ САМИХ по СЕБЕ.
Открытия иногда убивают.
Авторские открытия закопали писателя в могилу.
Вот что получилось наяву.
Вспоминая все прочитанное из книжной гоголевой коллекции, перед глазами возникают образы всякой нечисти, дьявольщины, черной магии и колдовства... Это объединяет глубокие ощущения от «Хутора… Диканьки» и «Вия». Эта потусторонняя «специя из беснующихся персонажей» напрочь освоила особое место и поселилась в его книгах, как самосветящиеся гнилушки на болотах в ночь полнолуния разгулов на День Ивана Купалы.
Одурманивающие литперсонажи замутили, замяли и замаяли вконец православный рассудок.
Бросается в глаза и то, что у гоголевой «тьмы» бурная жизнь, свои привычки, специфические чувствовыражения и часто общая СУДЬБА с «ХЭППИ ЭНДИНГОМ».
Легко заметить, что к этому миру теней лично Н. В. Гоголь всеядно и счастливо адаптирован.
Он здесь «как рыба в воде».
Чувствуется между ними и взаимный комфорт и взаимопримирение.
Здесь нет конфликта или войны миров.
Все обоюдосогласованно и с взаимопониманием в чувствах и словах.
Плохой же конец постоянно сопровождает книги, которые Н. В. Гоголь посвятил лично и поименно современникам. «Ревизор» или «Мертвые Души» – есть примеры «АНТИ-ХЭППИ ЭНДИНГА».
Гоголев мир людей для писателя всегда СУМЕРЕЧЕН,
НАПОЛНЕН ГРОТЕСКОМ или НАДМЕННО СМЕШОН.
Однако, легким просмехом или полусмехом все не закончилось.
Гоголевы СУПЕРперсонажи из Коробочек, Ноздревых, Собакевичей, Держиморд… вышли стройными рядами из столичных магазинов и ЗАСЕЛИЛИ необъятную РОССИЮ-МАТУШКУ. ЭХ. МАТЬ…ТВОЮ. Этот неуправляемый АКТ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ свел самого автора вконец с ума, усыпил его в летаргии, перевернул его в гробу с бока на бок и заставил НАКАНУНЕ…ПОСПЕШНО СЖЕЧЬ НАСЕЛЕНИЕ ВТОРОГО ТОМА. Великий Русский Нострадамус… сжег ДЕТОРОДНЫХ РОДИТЕЛЕЙ, чтобы из него не МАТЕРИАЛИЗОВАЛИСЬ ДЕТИ ТЕХ, У КОГО УМЕРЛА ДУША. Но…все вышло наоборот. Он опоздал… и поэтому уже менее, чем через век… бесконечно расплодились миллионы мертвецов под кличками «большевики»… «ленинцы» и «сталинцы».
Пророчества ПИСАТЕЛЯ сбылись.
Авторские открытия закопали писателя в могилу.
Вот что получилось наяву.
Гротеск гения оказался безжизнен для живых душ.
Он – как ПУНКТИРНАЯ ЛИНИЯ.
Это НАБРОСОК СМЕРТИ.
Как бы МАСКА СМЕРТИ.
Гоголь создал Фабрику Мертвых Душ:
Собакевич – ЖИВОЙ ТРУП;
Плюшкин – ЖИВОЙ ТРУП;
Ноздрев – ЖИВОЙ ТРУП;
Коробочка – ЖИВОЙ ТРУП;
Манилов – ЖИВОЙ ТРУП.
Чичиков – как бы «БЕС в РЕБРО», но и он не избежал казни Н. В. Гоголя.
Все вместе они были сожжены НА ОБЩЕМ КОСТРЕ С ВЫНЕСЕНИЕМ ПРИГОВОРА О СМЕРТИ. Писатель не пощадил никого. Напоминаю, прежде всего не пощадил он и самого себя. Этот САМОПОГРОМ произошел незадолго до его смерти, которая и отправила его ВДОГОНКУ и ВОСЛЕД ЗА СВОИМИ ГЕРОЯМИ в Ад.
И все же, НЕКРОФИЛЬСКИЙ склад ПРИРОДЫ персонажей достоин более пристального внимания. Ведь убив их, писатель не избавил свой народ от расселения прототипов поэмы между членами общества.
То там, то тут они прорастали в русской культуре, КАК ШАМПИНЬОНЫ ЧЕРЕЗ АСФАЛЬТ.
Кто не видел таковой шампиньонной осады из-под ног на дороги, что была сделана ТЯП-ДА-ЛЯП?
Не будем относиться к “Мертвым Душам” как к чепухе или белиберде.
Как-никак, здесь имеет место великая и мировая РУССКАЯ КЛАССИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XIX ВЕКА.
Немаловажно это и в контексте осознания СМЕРТИ, как явления человеческой природы.
На стыке двух великих культур –
итальянской и русской –
родилась НОВАЯ КОНЦЕПЦИЯ СМЕРТИ.
Тайна поселилась между людьми через недомыслие, недогадливость, отсутствие бдительности к неживому среди них.
И опять, и опять в голове проносятся полтора века, которые накопили новый человеческий опыт между теми далекими и современными читателями.
Не тогда ли зародились и ожили уже давно летающие в воздухе литературного сознания прообразы Франкенштейна, что многолико и обильно заселили духовную почву на русской земле? Как же это могло произойти? Зачем внешне живые люди утратили души и даже этого сами не заметили меж собой? Как же так получилось, что мертвые делопроизводительней и живее живых…вокруг?
Провокатор ЧИЧИКОВ открыл секрет покупки и владения бездушной мертвечиной –
ОН ПРЕДЛОЖИЛ НАЧАТЬ ТОРГОВАТЬ СВОИМИ ПОДЧИНЕННЫМИ МЕРТВЕЦАМИ.
Но богатства мертвых не обогатили самого ЧИЧИКОВА.
Все пошло прахом вокруг.
Два мира не слились.
Они отторгли друг друга. Они отторгли друг друга. Они отторгли друг друга.
Мертвые стали НАСМЕШКОЙ и КАРИКАТУРОЙ в глазах живых.
Посредник между МЕРТВЫМИ ИСЧЕЗ В НЕБЕ В ВИДЕ ЗАГАДОЧНОЙ ПТИЦЫ–ТРОЙКИ, покинув землю ГРЕШНИКОВ. Направление его передвижения засвидетельствовал лично и сам Н. В. Гоголь. Возможно, что заблудшая душа ЧИЧИКОВА оставила по пути и тело на земле. Летит ли она по пути в ЧИСТИЛИЩЕ? Поразмышляем об этом… Я вижу в этом полете много от фаустовского Мефистофеля с его ЗАлетами.
Смерть поселилась в этих ПОЛУЛЮДЯХ.
Лишь в ОБОЛОЧКЕ ВНЕШНЕГО СХОДСТВА есть какие-то намеки на формы жизни живых существ… будь то полупрозрачные дафнии, слизкие мхи или цепкие мамиллярии.
Россию стремительно заселили бездушные ГОГОЛЕВЫ ПОЛУМАШИНЫ,
лишенные человеческой сути.
Смерть поселилась в ПОЛУЛЮДЯХ на ОБОЛОЧКЕ ВНЕШНЕГО СХОДСТВА… с остальными нами.
Да, именно этой новой правды и испугался великий русский Нострадамус.
Где отгадки для отдельных загадок великого писателя?
А может быть, они на стыке нескольких загадок, где и прячутся еще более... великие пророчества?
Да, здесь и нет другого пути, как ПОДРАССМОТРЕТЬ ВПРИТЫК его мертвых уродцев.
Перекрестимся по православному обычаю и взглянем на МЕРТВЕЦОВ «ЛИЦОМ К ЛИЦУ»…
МЕРТВЕЦ СОБАКЕВИЧ: герой национальной русской литературы XIX века
Фото: П. Боклевский. Портрет Собакевича для книги Н. В. Гоголя.
В подарок от Иосифа Бродского для моих читателей. Internet, 2000.
Мастерский слог Н. В. Гоголя (1846) рисует его жестко и лаконично:
«…Собакевич… сказал несколько лаконично: «И ко мне прошу», шаркнувши ногою, обутою в сапог такого исполинского размера, которому вряд ли где можно найти отвечающую ногу, особливо в нынешнее время, когда и на Руси начинают уже выводиться богатыри… когда Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. Для довершения сходства фрак на нём был совершенно медвежьего цвета, рукава длинны, панталоны длинны, ступнями ступал он и вкривь и вкось и наступал беспрестанно на чужие ноги. Цвет лица имел каленый, горячий, какой бывает на медном пятаке. Известно, что есть много на свете таких лиц, над отделкою которых натура недолго мудрила, не употребляла никаких мелких инструментов, как-то: напильников, буравчиков и прочего, но просто рубила со всего плеча, хватила топором раз – вышел нос, хватила в другой – вышли губы, большим сверлом ковырнула глаза и не обскобливши пустила на свет, сказавши: «живёт!» Такой же самый крепкий и на диво стачанный образ был у Собакевича: держал он его более вниз, чем вверх, шеей не ворочал вовсе и, в силу такого неповорота, редко глядел на того, с которым говорил, но всегда или на угол печки, или на дверь. Чичиков еще раз взглянул на него искоса, когда проходили они столовую: медведь! Совершенный медведь! Нужно же такое странное сближение: его даже звали Михайлом Семеновичем. Зная привычку его наступать на ноги, он очень осторожно передвигал своими и давал ему дорогу вперед. Хозяин, казалось, сам чувствовал за собою этот грех и тот же час спросил: «Не побеспокоил ли я вас?» Но Чичиков поблагодарил, сказав, что еще не произошло никакого беспокойства. Вошед в гостиную, Собакевич показал на кресла, сказавши опять: «Прошу!» Садясь, Чичиков взглянул на стены и на висевшие на них картины. На картинах всё были молодцы, всё греческие полководцы, гравированные во весь рост: Маврокордато в красных панталонах и мундире, с очками на носу, Колокотрони, Миаули, Канари. Все эти герои были с такими толстыми ляжками и неслыханными усами, что дрожь проходила по телу. Между крепкими греками неизвестно каким образом и для чего поместился Багратион, тощий, худенький, с маленькими знаменами и пушками внизу и в самых узеньких рамках. Потом опять следовала героиня греческая Бобелина, которой одна нога казалась больше всего туловища тех щеголей, которые наполняют нынешние гостиные. Хозяин, будучи сам человек здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и здоровые. Возле Бобелины у самого окна висела клетка, из которой глядел дрозд темного цвета с белыми крапинками, очень похожий тоже на Собакевича. Гость и хозяин не успели помолчать двух минут, как дверь в гостиной отворилась, и вошла хозяйка, дама весьма высокая, в чепце с лентами, перекрашенными домашнею краскою. Вошла она степенно, держа голову прямо, как пальма.
– Это моя Феодулия Ивановна! – сказал Собакевич.
Чичиков подошел к ручке Феодулии Ивановны, которую она почти впихнула ему в губы, причем он имел случай заметить, что руки были вымыты огуречным рассолом.
– Душенька, рекомендую тебе, – продолжал Собакевич, – Павел Иванович Чичиков! У губернатора и почтмейстера имел честь познакомиться.
Феодулия Ивановна попросила садиться, сказавши тоже: «Прошу!» и сделав движение головою подобно актрисам, представляющим королев. Затем она уселась на диване, накрылась своим мериносовым платком и уже не двигнула более ни глазом, ни бровью, ни носом. Чичиков опять поднял глаза вверх и опять увидел Канари с толстыми ляжками и нескончаемыми усами, Бобелину и дрозда в клетке. Почти в течение целых пяти минут все хранили молчание; раздавался только стук, производимый носом дрозда о дерево деревянной клетки, на дне которой удил он хлебные зернышки. Чичиков еще раз окинул комнату и всё, что в ней ни было, - всё было прочно, неуклюже в высочайшей степени и имело какое-то странное сходство с самим хозяином дома: в углу гостиной стояло пузатое ореховое бюро на пренелепых четырёх ногах, совершенный медведь. Стол, кресла, стулья, всё было самого тяжёлого и беспокойного свойства, словом, каждый предмет, каждый стул, казалось, говорил: и я тоже Собакевич! Или: и я тоже очень похож на Собакевича!…»
И тут я услышал за спиной: « Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…Кхе-кхе… Кхе-кхе…Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…».
Фото: Бродвей. В подарок от Собакевича для моих читателей. Internet, 2000.
Я даже не понял, кто это там материализуется за моей спиной… мистер С.
Это был он… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…
Сегодня 2000 год, и я пишу мою книгу… Кхе-кхе… Кхе-кхе… Кхе-кхе…
И сейчас я в Нью-Йорке, а не в России 1846 года.
кн P. S. для Мертвых Душ Николая Гоголя Uri Runtu
© Copyright: Юри Рюнтю, 2016
Свидетельство о публикации №116071106166
Свидетельство о публикации №116071106166
Рецензии