Луганский пленник

Затихли все.
Прощение героям
Товарищи слезою воздают.
И по земле,
По выжженному полю
Солдаты ополчения идут.

***

Собрались в хате
И паек походный
Живых и мертвых выложен на стол.
«Там хлопец сзади,
Что вчера плененный.» –
«Давай веди, чтоб есть сюда пришел…»

Заходит он.
С трезубцем на нашивке.
В глазах испуг. На вид – семнадцать лет.
«Бери батон.
С тушенкой ешь без вилки.» –
Свеча на стол роняет бледный свет.

«Откуда сам?
Чего приехал в Счастье?» –
«С Черниговской деревни. Призывник.
Повестки нам
Везли и в одночасье
Сажали всех в зеленый грузовик.»

«И что потом?» –
«Два дня сержант в учебке
Показывал гранату, автомат…» –
А за окном
Шумят березы ветки.
Кровавый утонул в ночи закат.
 
«За что война?..» –
«Едину Украину
Хотят собрать войска и Президент…» –
«Давай ка нам
Свою мечту едину
Скажи на мови, ты ведь резидент!»

«…Язык такой
В деревне неизвестен…
На суржике растила мамка нас…» –
«Что ж, дорогой,
Чернигов твой – прелестен?
А воевать приехал на Донбасc?..»

Застрял комок.
«Запей вот, чем богаты…
Небось в деревне много было дел?» –
«…Один дружок
В Москву на стройку к брату
Меня все звал, а я вот не успел…»

«Каких врагов
Единого народа
Пришел ты по приказу убивать?» –
«Захватчиков.
Российскую пехоту.
Спецназ чеченский – всех должны прогнать…»

«Их тут не счесть…
Увидел многих?
Чего молчишь, словам своим не рад?..
У нас тут есть
Из вежливых и строгих
Один Петрович с позывным Масхад…

Петрович, слышь?
Ты гостя на прогулку
Своди-ка в город. Что вам тут сидеть?..» –
Ночная тишь.
Пошли по переулку
Былое счастье в сумраке узреть…

***

«Смотри, солдат.
Такое не приснится.
И не покажет твой большой экран…
Вот детский сад
Обстрелянный дымится.
Дома разбиты. Минный ураган

Кружился здесь.
Но это было мало.
Айдаровцев по улицам несло.
Вселяя смерть
В притихшие подвалы,
Рукой туда кидали РГО…

Потом из них
Шахтеры доставали
Израненных, но выживших детей.
А мамки то их
Телом укрывали,
Спасая от обкуренных зверей…»

На небе темном
Облака редели
И над душой истерзанных пород
В молчаньи томном
Звездные артели
Свершали свой волнительный восход.

***

«Ты хочешь знать
Как я сюда приехал?
Что принесло лихого москаля?..
Чего ж скрывать –
Обыденное дело.
В лугах луганских родина моя.

Родился. Жил
В станице возле шахты.
С отцом спускался в угольный забой.
В Крыму служил.
На БМП был старшим
Пока ты в люльке шевелил ногой…

Потом к невесте
В Белгород позвали.
Ты знаешь, не чужая ведь земля.
И годы вместе
Радостно бежали,
Пока цвела Луганщина моя…

Да вот судьба
Не отвела разлада.
И погань всю к Донбассу принесло.
Пошла стрельба...
Погибла мать под «Градом»…
Шахтеры встали защищать село.

Ты б что решил?..
И мы вот не бросаем
Своих в беде. И взял я автомат
Отряд наш жил,
Обстрелами терзаем,
Но не ступили мы тогда назад…»

Так и идут.
Один cлегка хромает,
Как лунь седой, поджарый, с хрипотцой.
Другой пригнут,
Что будет с ним не знает,
И шею вжал с чернявой головой.

«Смотри, пацан,
Вон там под крышей штаба
Двухсотые ребята за стеной.
Смертельных ран
Бессмертная награда
Теперь у них, и завтра все домой...

А то бывало,
Во степях разбитых
Летит как в сказках с неба воронье…
Бойцов АТО
Убитых и забытых
Бросали прямо там вожди ее…

А мы – вперед,
И собирали ваших,
И хоронили по краям дорог,
Чтобы народ
Всех «без вести пропавших»
Увидеть смог и вспомнить что-то смог…»

Как шар земля
Качалась под ногами.
И тонкими верхушками звеня,
Три тополя,
Бессмысленно пронзали
Луну пятнистую в мясистые края.

***

«Пришли, ну во …
А то уже, Петрович,
Хотели посылать до вас конвой…
Небось, чего...
Приятней были ночи
В Черниговской деревне под луной?..

Садись давай.
Доешь батон забытый.
Чего ж не нагулялся аппетит?..
Ты не зевай…
Героем Украины
Хотел же быть – и будешь не забыт…

Твой бой теперь
Не в поле – а в эфире.
Уже тоскует по тебе экран.
Что видел здесь –
Теперь в любой квартире
Узнают люди. Говори, пацан…

Представься, кто ты?»
«Юрий Перемога.
Я был вчера украинский солдат
Отдельной роты.
Был, и слава Богу,
Что не успел взвести свой автомат…»

«Где ты сейчас?» –
«В плену у ополченцев.» –
«Тебя пытали, избивали?» – «Не.» –
«И что, у нас
Тут русских и чеченцев
Полно?» – «Не верьте той брехне.»

«Представь семью,
Деревню – что им скажешь?»
«Родные вы мои отец и мать!
Я вас люблю!..
Мы все не знали даже…
И нам не надо было воевать…

Здесь нет врагов.
Здесь все такие ж люди.
Хотят все жить, любить, растить детей…
И чтобы кров
Не падал от орудий.
И чтобы град не приносил смертей…

Что видел я –
То сердце разрывает.
И как теперь нам жить с такой дырой?
Была семья…
Что будет – Бог лишь знает…
Успеть бы искупить позор такой…»

Притих пацан.
И все молчали тоже.
Свеча опять роняла желтый свет.
И он мерцал
На загоревшей коже.
«…А ты сказал, ну прямо как поэт…

Молись же, брат…
Пусть батька твой проедет
Кордоны ваши целый и живой…
Старик был рад
Услышать вести эти
И завтра уже едет за тобой…»




КРЕСТНЫЙ ХОД
(эпилог)

Под покровом небес,
Между небом и Русью земною
Собиралася рать не мечей, а хоругвей златых.
И шептал дивный лес
Над Саровской глухой стороною,
Где в Дивеевской пустыни мощи лежали святых.

Поднимался собор,
Упокоенных вечной судьбою,
В муках радостных, милости, вере и в правде одной.
И с тех памятных пор,
Богородица, рядом с тобою,
Просиявших в местах, где удел твой четвертый земной.

Развернулись, летя
Крестным ходом, и славили Бога.
По-над бездной бескрайне-великой стихии людской,
Где прошли жития
На твоих судьбоносных дорогах,
Что вела все из Киева, своей материнской рукой.

Собрались прикоснуться
К великой Днепровской святыне,
Обукрасить молитвой твой третий любимый удел,
И в поклоне сомкнуться,
Чтоб Ты, как и прежде, поныне
Берегла свои земли от вражьих наветов и стрел.

Вот отец Серафим,
Божьим чудом от смерти спасенный,
Кто с Пасхальною радостью щедро встречал всех людей:
«Пресвятая! Скорбим.
Отведи же ты грех неуемный,
Приюти, Богородице, в вере желанных гостей!»

И звучала мольба
Неразлучных Петра и Февронии,
На дороге на Муромской сосны внимали князьям,
Что людская судьба
В материнской всегда будет воле,
«Преблагая! Покрова воздай дочерям, сыновьям!»

И Андрей Боголюбский,
Иконой твоей обрученный,
Превознесший престол до владимирских дальних полей:
«О Владычица! Узкий
Покаяния путь сокрушенный
Ты в сердцах сохрани и убогих своих пожалей!»

Солнце нашей земли –
Александр Ярославович Невский
Возлелеял любовь, а мечом укрепил берега:
«Матерь Божья! Моли,
Чтоб Господь наш – Владыка вселенский
Научил побеждать, лишь простив своего ворога!»

Все плотнее ряды…
И взывал Афанасий Святитель,
Кто пронес через бури гонений лампаду твою:
«Со святой высоты
Припадаем в земную обитель –
За Отчизну родную мы молим Царицу свою!»…

***

И ветра поднялись,
Вековые леса забурлили
На Владимирском тракте, на Яузе и на Десне.
И дубы занялись
По Черниговским рощам. Ковыли
Закипели волной на Днепровской степной стороне.

Грянул гром как набат,
В уголки проникая вселенной.
И разверзлись высоты дождем проливным и грозой.
И затерянный брат
Шел домой в камуфляжке военной,
Обмывая глаза под холодной небесной слезой.