Волны

I

Погружаясь в воду цвета морской волны,
думаешь о волнах, о том, что они полны
грусти, неразделённой любви друг к другу.
Любящие друг друга вскользь, друга или подругу
настигающие в миг своего конца,
не успевающие объясниться, не успевающие лица
разглядеть как следует друг у друга,
волны гибнут на берегу – им из круга
собственной обречённости выплыть не
суждено, как ни старайся. И посылает волна волне
вдогонку всю силу своей любви, всю мощь океана.
Думаешь: вот она, жизнь без обмана,
где шторм милей и желанней штиля!
И вдруг отчётливо понимаешь: морская миля
именно потому бескрайнее и длинней
сухопутной, что чувства у волн сильней.

II

Вслушиваясь в прибой, думаешь не о шторме,
как таковом, а о той, кто в форме
купальщицы спорит с волной, сюда
не глядя, не думая, что вода,
смыв с коленей её песок, вернется
к тебе и напомнит знакомое что-то:
запах волос или кожи, вкус её пота.
Ты вспоминаешь, что это зовется
любовью или же памятью о последней,
сбереженной верными волнами моря,
и обнимаешь берег, соленым вторя,
будто бы этот шторм – последний.

III

Если это любовь, то нет похожей
любви на земле, где обычно кожей,
реже – душой, чаще – грубым телом
любили тебя по частям и в целом.
Любовь у волн заключается в бесконечной
ласке волны волной, как в вечной
сказке о той любви, что скоро
сбыться должна. Но ты разговора
об этом всё-таки лучше не
начинай, а слушай, как шепчет волна волне
последние в жизни слова, в песок
впитываясь мгновенно, как боль – в висок.

IV

Это ветер треплет листки блокнота,
а вы думаете: не он, а кто-то
другой ваши мысли ворует на
морском берегу, где у волны волна
слизывает признанье с губ или
просит, чтобы её любили
по-настоящему, а не так – играя
в прятки, где ни первая, ни вторая,
ни третья волна не находят места,
где только что были жених и невеста
и оба ушли в песок. Лишь пена
дарит вошедшему по колена
белые кружева с их свадебного наряда.
И если глаза слезятся, то вам не надо
плакать всерьез, осознав, что эта
любовь – всего лишь вопрос без ответа.

1996, 2016