Газовый фонарь оплакивает гибель Мальвины

Газовый фонарь оплакивает гибель Мальвины -
Вторит ему с небес голубиная луна.
Волосы Мальвины были ядовито-голубыми -
Такими же, как этот отравленный газовый фонарь.

Но она умерла - это уже доподлинно
Известно - нет Мальвины среди живых.
И плывут с вестью чёрные гондолы
В обречённо чернеющей лагуне небесной синевы.

Мальвина не вынесла этого мира жестокости -
Шелестят гондольеров чёрные вороньи плащи.
Может быть, где-то остались её кости -
Её остов - если желаешь - поищи.

Чёрные плащи - под чёрным же небом морщатся -
Гондольеры обречённо от самой Венеции гребут -
Может быть, где-то остались ещё её мощи -
Кукольное тело в обитом бархатом гробу.

Может быть, удастся сказку подкорректировать
И превратить в банальную историю любви -
Может быть, встретится Мальвине - какой-то Буратино -
И поцелует её - чтобы оживить.

Но в такую сказку нельзя поверить -
Буратино мёртвая Мальвина вовсе не нужна -
И гребут по чёрному небу гондольеры -
И плачет синими слезами отравленный фонарь.

И не желает, чтобы Мальвина  воскресла
Даже когда-то романтично влюблённый Пьеро.
Нет, ему это больше не интересно -
У него другая сказка - и другая роль.

Фонари дарят глазам его - свет сапфировый -
Туман приникает шарфом к раковине губ.
И нет для него больше Мальвины в этом мире -
Мёртвой куклы в обитом бархатом гробу.

Его улыбка - по-детски жестока и невинна -
И глаза безумные - полночно глубоки.
Как хорошо, что похоронена Мальвина -
Как хорошо, что остался с ним Арлекин.

Мальвина была его нелепейшей ошибкой -
Банальной мечтой о недосягаемой звезде.
А теперь он обрёл сокровище души своей
И посвящает ему сонеты каждый день.

И он их читает синим фонарям - охотно -
Вешая на них куртуазных словес кружева.
И иногда срывается на дикий хохот -
Он ведь сумасшедший - не стоит об этом забывать.

И фонари утешены его стихами -
Каждый из них для него почтительно горит.
И уходит Пьеро, жестоко усмехаясь -
Пряча в кармане ядовито-голубой парик.