***

Ключ повернулся в замке, и застыло сердце.
Ты говоришь: "Не стой, заходи погреться."
Садишься за клавиши, жмешь сто октав и терций.
" Ты не дрожи, - говорит. - Не дрожи... Не плачь."

"Ты, - говорит, - мой воздух, мой свет, мой фетиш."
"Ты, - говорит, - такая, каких не встретишь!
Но ты в этом мире совсем никому не веришь." -
Он говорит в пустоту и снимает плащ.

Он молча возьмет гитару, натянет струны.
Музыка льется, и снег за окном в июне...
Кажется, вот он скажет, как в душу плюнет,
Только вот музыка льется, и он молчит.

"Ты, - говорит, - такая..." - и замолкает.
И тишина глядит на тебя, ругая:
"Дура, зачем оглядываешься, сбегая?
Вот же лежат в двух шагах на столе ключи".

Он говорит " - Что отдашь - то взамен получишь"
Он говорит о том, что с тобой не скучно,
Он говорит, что лебеди неразлучны:
Если один погиб, то второй - за ним.

"Ты, - говорит, - мой лебедь, мой белый лебедь...
И нас уже не спасти, не сберечь, не склеить!
Нашу с тобой привязанность не измерить,
Так что осталось тихонько от всех хранить.

"Ты, - говорит, - мой курс, моя цель, мой компас,
Лучшая в мире музыка мне - твой голос.
И быть на земле с тобою - не приземлённость,
Быть на земле с тобой - всё равно что рай.

Ты говоришь: " Ну как тебе там ходилось?
Как без меня тебе было, скажи на милость?"
Ты говоришь о том ему, что скопилось,
И, что, конечно, на сердце теперь дыра.

И он говорит. О кометах, о черных дырах,
О длинных путях-дорогах, войне и мире.
А ты ему шепчешь хрипло о нервных срывах,
Сорвешься на крик, но он не услышит слов.

"Ты же еще горячо и безмерно молод!.."
Тише слова, и вновь оживает город.
Утром в постели такой же, как прежде, холод,
После особенно сладких и грустных снов...