День 23-й 1-я часть

На следующее утро мы – Папандопуло, правдоискатель Дмитрий Васильевич и я – вышли из ворот гостеприимной больницы. От предложенной машины отказались. Погода стояла прекрасная, до ближайшего поселка было недалеко, и мы решили проделать путь пешком, в беседах о превратностях нашего бытия.
Рассказ о философских дискуссиях с главврачом вызвал у моих попутчиков противоположные настроения.
Игорь-Папандопуло залился густым смехом:
- Ай да ..., ай да философ! Ловко же ты под винера сработал! А я-то думал: с чего бы этот Бехтерев доморощенный ко мне на ночь заявился, стол накрыл, бутыль коньяка выкатил? Костюм презентовал, денег дал, - он открыл бумажник и достал несколько купюр: - на, держи, возвращаю заем, - телефоны полезных людей написал, да еще вот что: - он протянул вдвое сложенный лист. Это было заключение врачебной комиссии о том, что он, Папандопуло, не просто психически здоров, но еще и обладает выдающимися умственными способностями.
- Ну, как, философ, работает моя теория?
И, по своему обыкновению не дождавшись ответа, изрек:
- Работает! Еще как работает! Не твои абстрактные россказни о смысле жизни, но – четкий и ясный посыл от винера, пусть даже и в данный момент отсутствующего, принесли пользу конкретным людям, - он указал на меня и правдолюба, - принесли им свободу.
Бурый же, напротив, выглядел мрачным.
- Так вот, в чем, оказывается, дело – обманом взял, ложью, - промолвил он, неприязненно поглядывая в мою сторону, - ну что же – поздравляю с победой неправды! Знал бы, что так получилось – уж лучше бы остался там…
- Друзья мои! – ответил я, - не стоит ни слишком радоваться, ни слишком огорчаться. Что было, то было, что есть, то есть. Мы на свободе, и это не так уж плохо. Значит, такова наша судьба. Я оказался лишь ее орудием. Может, не совсем честным, не совсем совершенным. Но – кто сказал, что истина, как сокрытая от человека тайна, не может явиться в обличии винера или спрятаться за маской лжеца?
 …Чистая Правда временем восторжеству-у-у-ет, если проделает то же, что явная Ложь…