Письмо её дому

Мой милый друг, спешу тебе открыть,
Что некого мне больше полюбить.
Звезда мерцает где-то в вышине.
Никто не вспомнит больше обо мне.

Ну, ничего. Немного отдышусь.
Спешу тебе сказать, что я держусь.
Письмо пропахнет ядом табака.
Прости мне это - левая рука

Все также держит курево. И вот
Пускает дым, кольцеобразный, рот.
Меня ты знаешь: снова в темноте
Пишу я эти строчки на холсте.

Чего пишу? Не знаю, право, сам.
Быть может, оттого, что этот срам,
Сегодня торжествующий везде
Снует повсюду. Мы с тобой в ....

Так вот, письмо... Чего бы написать?
Мне нечего теперь тебе сказать.
Ты знаешь сам: усталость есть залог...
Чего залог? То знает только Бог.

Быть может - оправдание. Ну что ж!
Попробуй все пойми и подытожь!
Измерь все грани жизни молодой...
Ну лучше выпей, закуси и спой.

Мне не о чем рассказывать теперь.
Пустыня! Остается только - верь!
Налей вина и "выпей за любовь",
И поплывут воспоминанья вновь:

Я помню свою первую любовь:
Сентябрь разгонял по венам кровь.
Мы встретились в парадной, в доме том,
Что школой называется. Потом

Я часто по ночам не засыпал.
Прокручивая мысли, я гадал,
Что будет этой осенью. И вот
Под тяжестью надежд разбился плот.

Ноябрь обжигал ее уста.
Горел фонарь. Я помню те места.
И, если доведется снова мне
Там побывать... Но впрочем, все в огне:

И осень та, прогулки под окном.
Тебя я не забыл, несчастный дом,
Один на целом свете понимал
Мою печаль. И я ему сказал:

"Будь памятником вечным о любви.
И я умру, но ты - на век замри!
И кто-нибудь невольно, проходя,
Посмотрит на хрущевское дитя.

И вспомнит пусть, что здесь жила она.
В тебе, мой друг. Пусть даже не одна.
Будь памятником вечным о любви.
На кладбище людей живых - замри".