Маралевство попросило быстрой смерти

Она пришла, натруженная плоть,
она решила: я хочу в поэзию,
поэзия же - я! живой оплот
эмоций мёртвых, жажда Бога бесия,

она ещё не знала приговор
для избранных, рождённых быть пророками,
но смерть крадёт судьбу укравший вор,
со всеми потрохами и пороками,

а зависть с честолюбием клюют
на преимущества да привилегии,
корова Аси Сильвиин уют
слизнула, не мыча уже элегии,

гостиничный погром-переворот,
он от дворцов дошёл до диких спален,
все получили сапогами в рот,
змея на час? на шесть годков в подвале?

соперница, Медея, номер два,
мы наш, мы новый мир не удержали?
у nomber one пустая голова
под колпаком безжизненной печали,

ей помогли всё мирно отпустить,
нетронутым оставить, вне насилья,
другие смогут ниже опустить,
отыгрывая горькое бессилье,

нет победителей, что всё возьмут,
победа над собой - одна забота,
поэзии бесстрастный самосуд
не всех пропустит в пьяную субботу,

фигурка завсегда обречена,
тут поле духа дышит за матрёшкой,
самоотдача - чистая цена
пророчеств, не поблёскиванья брошкой

на декольтации от I-Me-My,
хоть как трагикомедий ни ломай.