***

..Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
Из него раздаваться будет лишь благодарность.
"Я входил вместо дикого зверя в клетку".

...Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины".
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный...
"Письма римскому другу"

...Твой Новый год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необьяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.

"Рождественский романс".

Иосиф Бродский.

Наша дружба была очень бурной, потому что я привязалась к нему всем сердцем. Думаю, нас связывало - помимо эмоциональной привязанности - именно то, что, как он сказал мне чуть ли не в самом начале, что я была единственной американкой из всех, кого он встречал, кто руководствовался бы теми же высокими жизненными принципами, что и он. Понятно, что к концу наших отношений мне было особенно тяжело, как это бывает.
Иосиф разбил много сердец, и главным образом женских. Но он мог быть и очень преданным. Он был великодушен, непредсказуем и великодушен.
Знаю, что он помогал людям также и материально.
Еще нас связывала мысль о смерти. Он был просто одержим этой мыслью. Он знал, что скоро умрет. Мне тоже сказали, что я скоро умру, поэтому я знаю, что это значит: думать о том, что скоро умрешь. - Сюзан Зонтаг /из интервью Валентине Полухиной от 2003 года/