Трус

Мальчишкой Богдан рос трусливым,
Боялся  большой высоты,
Всегда озирался пугливо
На шорохи из темноты.

Реку переплыть опасался,
Боялся лягушек и змей,
И к лошади не приближался,
Короче – был очень несмел.

Чтоб трусом его не считали,
(Он этого так не хотел),
На «велике» жал на педали,
И птицею с горки летел.

Под лёд провалиться боялся,
И лёд обходил за квартал,
Но первым к мальчишке примчался,
Когда тот в полынью попал.

Себя он законченным трусом
Считал, но шагал впереди,
Учился всегда на «пять с плюсом»,
И тоже со страхом в груди.

А чуть повзрослев, с перепугу,
Курсантом – десантником стал,
И там он боялся, но друга
В беде никогда не бросал.

Боялся, чтоб не догадались,
Что ноги от страха дрожат,
Когда он замешкался малость,
Не к люку шагнул, а назад.

Но прыгнул, спокойно, с улыбкой,
Как будто ему не впервой,
И все говорили:
              – Вот прыткий.
Смельчак, а такой молодой. –

Он вскоре постиг все науки,
И малым  бесстрашным  прослыл,
Свои огрубевшие руки
Он ратным трудом закалил.

Шли  годы.
Он стал офицером,
Служил командиром полка,
Солдатам во всём был примером,
Героем в десантных войсках.

... Такая вот тема однажды,
Родится, когда крутишь ус,
Читатель, я думаю, каждый,
В кавычки возьмёт слово «трус».               

                Янв. 2004 г.