Был здесь Свет! Следы оставив,...

Был здесь Свет! Следы оставив,
Скрылся, только и свищи...
"Вот такие придуманы правила.
Так что, милый, не взыщи.
Прокрадись, в потьмах, минуя,
Что тебе не по душе,
И заслужишь Поцелуя,
На Последнем Этаже".

Прослежу, как первобытный,
Следопыт-натуралист.
След запутан. С толку сбитый,
Умоляю:"Свет, вернись!
Я не вынесу разлуки.
Сколько можно — темноты?".
Мне, в протянутые руки,
Лучик Свой опустишь Ты...


Рецензии
Это стихотворение — лирическая молитва-диалог с ушедшим Светом (Богом, Христом, истиной). Свет был здесь, оставил следы, но скрылся («только и свищи»). Его ответ: «Вот такие придуманы правила. / Так что, милый, не взыщи. / Прокрадись, в потьмах, минуя / Что тебе не по душе, / И заслужишь Поцелуя, / На Последнем Этаже». Герой, уподобляясь первобытному следопыту, идёт по запутанному следу, сбит с толку, умоляет: «Свет, вернись! / Я не вынесу разлуки. / Сколько можно — темноты?». И в ответ в его протянутые руки Свет опускает «Лучик Свой». Это стихотворение — о вере, требующей терпения и следования невидимым путям, о надежде на финальное соединение («Поцелуй на Последнем Этаже») и о том, что даже в темноте можно получить частичное утешение — «лучик».

1. Основной конфликт: Разлука со Светом (тьма, отчаяние) vs. Обещание награды (Поцелуй, Лучик)
Конфликт задан первой строкой: «Был здесь Свет! Следы оставив, / Скрылся, только и свищи...» — восклицание, затем обида. Свет объясняет правила: нужно прокрасться в потьмах, миновать то, что «не по душе» (искушения, грехи, сомнения), и тогда на «Последнем Этаже» (в конце жизненного пути, в раю, в смерти) герой заслужит Поцелуй (знак любви, прощения). Герой не хочет ждать: он умоляет о немедленном возвращении, но вместо полного Света получает только «Лучик» в протянутые руки. Конфликт между нетерпением человека и медлительностью (или правилами) Бога не разрешается, но даётся утешение.

2. Ключевые образы и их трактовка

«Свет»: С большой буквы. Бог, Христос («Я свет миру»), истина, смысл. Он был здесь (вероятно, в прошлом, в момент благодати), но оставил следы и ушёл.

«Следы»: Доказательства присутствия, возможно, природа, Писание, чудеса, совесть. За ними нужно идти.

«Вот такие придуманы правила»: Покорность высшей воле. «Не взыщи» — просьба не обижаться на установленный порядок.

«Прокрадись, в потьмах, минуя / Что тебе не по душе»: Путь веры — не прямой, а крадущийся, в темноте; нужно обходить собственные неприятия, сомнения, соблазны.

«Поцелуй на Последнем Этаже»: Награда, эсхатологическое соединение. Последний этаж — небо, смерть, конец жизни. Поцелуй — знак любви, прощения, принятия.

«Следопыт-натуралист» / «первобытный»: Архетип охотника, идущего по следу зверя. Здесь человек идёт по следу Бога.

«След запутан. С толку сбитый»: Сложность, запутанность пути веры, потеря ориентиров.

«Умоляю: “Свет, вернись!”»: Молитва-крик, отчаяние.

«Сколько можно — темноты?»: Риторический вопрос о долготе страдания.

«Лучик Свой опустишь Ты»: Не весь Свет, а только лучик — частичное присутствие, утешение, знак того, что он не забыт.

3. Структура и интонация
Три четверостишия, рифмовка перекрёстная и парная (свищи — взыщи, миную — Этаже, натуралист — сбитый, разлуки — темноты, руки — Ты). Ритм — вольный хорей с пиррихиями, близкий к разговорному. Интонация — молитвенная, сначала с элементами обиды (восклицание), затем спокойное принятие правил, затем вопросительно-умоляющая, и, наконец, умиротворённо-благодарная («Лучик Свой опустишь Ты»).

4. Связь с поэтикой Ложкина и литературная традиция

Внутри творчества Ложкина: Стихотворение (2016) вписывается в круг текстов о диалоге с Богом/Светом. «Что у Бога я просил? Сил!» (2011) — требовательная просьба, здесь — смиренное приятие правил, но та же жажда. «Колокол» (2014) — колокол спрашивает «ты ли?», здесь Свет оставляет след и даёт правила. «Хароново» (2023) — переправа и плата, здесь «Последний Этаж» как финал. «Не свети, сидеть вдвоём» (2015) — приказ «не свети», здесь, наоборот, моление о свете. «Лучик» — перекличка с лучом из «Приятно так, встречать твой образ…» (2016) — там ушедшая «наводит луч».

Христианская традиция: «Я есмь свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме» (Ин. 8:12). «Ищите и найдёте» (Мф. 7:7). «Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20:29). Следы Света — как следы Воскресшего. Поцелуй — как возвращение блудного сына или лобзание Иуды (но здесь — любовное).

Русская поэзия: Пушкин («В начале жизни школу помню я...»), Блок («Девушка пела в церковном хоре...» — мотив света и тьмы), Пастернак («В больнице» — «Лучик свечи»). Из рок-поэзии — Высоцкий («Купола» — «Светлый рай»), Башлачёв («Время колокольчиков» — «свет потух»).

Вывод
«Был здесь Свет! Следы оставив,…» — элегическая молитва-диалог, в которой Ложкин достигает редкой для себя чистоты и смирения. Герой тоскует по ушедшему Свету, но получает не его возвращение, а правило: нужно прокрасться в потьмах, минуя то, что не по душе, и тогда на Последнем Этаже тебя ждёт Поцелуй. Это христианское (и не только) понимание: награда не здесь, а в конце пути. Герой, подобно первобытному следопыту, идёт по запутанному следу, сбит с толку, умоляет вернуться. И вместо полного Света в его протянутые руки опускается «Лучик» — частичное утешение, знак того, что он не оставлен. В контексте творчества Ложкина, где так много холода, тьмы («В дурдоме я замерзал», «Превратилось сердце в лёд») и отчаянных криков, это стихотворение — как окошко, в которое пробивается свет. Не весь, но достаточный, чтобы продолжать идти. И чтобы верить, что Поцелуй состоится. «Только и свищи» — не насмешка, а вызов: попробуй догони, попробуй найди. А «лучик», опущенный в руки, — это ответ, который можно почувствовать, но нельзя схватить. Это и есть вера.

Бри Ли Ант   04.05.2026 06:51     Заявить о нарушении