Спал на полу - из страха, что воспарю

«Она несчастная, поблекшая и смирная женщина,
такая ничтожная и незаметная, что я испытываю
острое желание изобразить на полотне эту запыленную травинку…»


Спал на полу – из страха, что воспарю. Ел горький хлеб,
ибо рвался к празднествам. Вам ли того не знать, госпожа Трабюк?
Слабостей целый букет за пазухой… От красноречия – губы поджать.
От прямодушия – веки. От глупостей разного рода – блузу (пиджак)
заколотить на пяток толстых пуговиц, и никого не коснется пожар,
ни домочадцев, ни окружающих. Вот уж, как есть, господин (госпожа)
собственного пожарища… Правда, довольно скоро распустят слух,
перековеркав суть, обличители рьяные, мол, госпожа Трабюк –
господин Тартюф, собственно пол прикрывающий рясою…
Я убежден, хотя б на самом себе (это сейчас ваш досуг с мыслителем),
самые смирные на земле рождались на свет в рубашке… смирительной.
Но как бурелом перерастает в траву и Савл-изувер в Павла верного
обращается, вам ли того не знать, госпожа Трабюк? Ел горький хлеб,
ибо рвался к празднествам. Спал на полу – из страха, что воспарю.
Но, полагаю, не больше вашего… Только тоской щемящей
вновь щелит грудь слабостей веточка обветшалая.



"Ни грамма черной краски..."
http://www.stihi.ru/2016/05/07/10331