Вот так Ванюша!

   
         Сказка

Мы говорим, что мы умны
И доводы приводим,
А старики твердят: нет, мы!
По следу их всё ходим.

Так спор отцов  и сыновей
В веках передаётся.
Кто же кого мудрей, умней?
Открытым остаётся.

Всего и в сказке не раскрыть
Секрет не предадим огласке,
То каждый должен сам решить...

Но это - присказка, не сказка!

                - 1 -
Так вот……
Жил некогда в далёком царстве,
Что в неизвестном государстве,
Старик, имевший трёх сынов,
Двоих удалых молодцов,
А третий, меньший – недоросток,
Был хил и тощ, короткий ростом.
От роду звался он Иван,
Нет, не дурак, а всё ж… изъян?
Из всех сынов любил Ивана
Отец сильней и, без обмана,
Душой к кровинушке своей
Тянулся до последних дней.

Старик учил сынов наукам
Как мог, и знал, то - верна штука!
Сам много книг перечитал
Им перед смертью наказал:
«Умру я, детки, приходите
К могилке, книжки приносите,
Читайте их себе и мне,
Услышу вас и в вечном сне!
Прошу, всего лишь по три ночи
Со мной побудьте, ведь, не очень
И  тяжек будет этот труд,
Я успокоюсь там, не тут!»

Три дня и ночи после тризны,
Иван читал книги о жизни,
Делился радостью, бедой,
Словно был батюшка живой.
И каждый день просил он братцев
Отцу на просьбу отозваться:
Сходить к нему да почитать,
О чём-то добром рассказать.

Но братьев мысль разве об этом?
Охота, скачки и банкеты…
К тому и слух в царстве прошел,
Что будет праздный накрыт стол.
К нему зовут известных, знатных
Вельмож, героев боёв ратных
Из всех соседних городов,
Сословий важных и  родов.

А праздник, дескать, пожелала
Устроить дочь царя.
Немало
Рождалось слухов о царевне,
О красоте её.
Наверное,
И о приданом кто мечтал,
К сердечку ключики искал.
А звать красавицу Елена
Она решила непременно
Среди поклонников своих
Вызнать достойней кто из них;
Того,
     кто – самый, самый, самый,
Красивый, сильный и упрямый!

Срубить велела новый храм
С высокой башней,
А вот там,
Поверх двенадцати столбов,
Повыше двадцати венцов
На троне златом у окошка
Сидеть должна она, немножко
Грустна, а может быть и нет,
Смотреть на спорщиков в лорнет.

А ждать царевна будет парня,
Кто ей, как дочке государя,
Слова любви не говорит,
Лишь поцелуй свой подарит,
На сизокрылом скакуне
Достать её сможет в окне!

Средь женихов и слышно только:
Да, мыслим ли прыжок на столько?
Кому такая честь падёт?
Кто в жениховстве верх возьмёт?
Народ младой весь всполошился,
Как будто впрямь мог тот явиться,
Кто сверх двенадцати столбов
Свой поцелуй сорвёт без слов!

И братья всё о ней мечтают,
С утра лишь кудри завивают,
Коней лихих стригут, пасут,
Верхом препятствия берут.

Ванюша братьев слёзно просит:
«Черёд я отчитал свой, досель!
Теперь и ваш черёд пришёл,
Ослушаться не хорошо!»-
«Кого охота разбирает,
Пущай на кладбище читает!
Ты нам, брательник, не мешай,
Сам на погост вот и ступай!»
И лихо шапки заломили,
Прыжком в седло и вихрем взмыли.

Поплакав горько, пороптав
Идёт Ванюшка, ну а там,
Присев у холмика могилки,
Свои он разложил пожитки.
В ночи промозглой при лучине
Читал, читал, назло кручине.

Вдруг видит, в полуночной тьме,
То не привидится во сне:
Могилка, молча, расступилась,
А из неё...,- нет! не приснилось,
Родимый батюшка весь бел,
Как был схоронен, поседел,
Выходит и Ивану строго:
«Что ж не взываешь о подмоге
Братьям всенощную отдать,
Ведь их черёд здесь ночь не спать?»

Ванюшка пал в слезах под ноги,
Сказал, что нет братьёв подмоги,
Резону нет, им ночь сидеть,
Здесь над могилкою корпеть.
Все дни в их доме и в деревне
Лишь разговоры о царевне
Вот и они будут стараться
К царёвой дочке женихаться,
Готовят к смотринам коней
И кудри вьют покрасивей.

«Но, то мне, батюшка, обидно,
Не зреть лишь мне царевны, видно,
А так хочу одним глазком
Невесту видеть, хоть  мельком!»-
«Ну, твоё счастье!- Старик  свистнул,
По-богатырски в небо кликнул.-
Эй! Сивка-бурка, вещий конь,
С тобой не страшен был огонь,
Я здесь хозяин бывший твой,
Так встань, как лист перед травой!»
На звонкий посвист богатырский,
На зов гремучий, Ване близкий,
Кто-то бежит, земля дрожит,
Дым из ноздрей столпом валит.
«Вот тебе, сын мой, Сивка-бурка,
Служил он мне, с ним били турка!
А ты, мой конь, сынку служи,
Как и со мной в былом дружил!»
           ___________
На самом деле, если честно,
Елене было интересно:
Хоть кто намерится рискнуть,
Геройством, силой щегольнуть?
Хотела верить – есть таков,
Кто прыгнет выше двух столбов,
Но, чтоб двенадцать?
Это, право,
Не в силах даже умом здравым
Представить!
Где уж там осилить!
Забаву девичью простили.

Забавно? Да, и ей смешно,
Что не шутила так давно!
Хотелось взбалмошной невесте,
Собрать немедля в одном месте
Всех разномастных женихов
От всех сословий и родов.
Пускай пред ней попетушатся,
Над чем не грех и посмеяться!
Красавцем каждый мнит себя,
Ея ни сколько не любя!

Вот первый день ристалищ жданных.
Народа толпы к слухам жадны,
Стекались с утренней зари,
Глазеть, как тешатся цари.

С утра братья сапожки чистят,
Мелками сбруи коней блестят,
Вот-вот готовы выезжать,
Чтоб удаль деве показать.
Иванушка опять канючит:
«Возьмите и меня, не мучьте!
Хотя б одним глазком взглянуть
На дочь царёву.
Не уснуть!»

А те своё: «Ступай к могиле,
Читай, пока не будешь в мыле,
А в нашем деле не мешай,
О царской дочке не мечтай!»
Вскочили на коней картинно,
И только видели их спины.

Не бросился Ванюша в плач,
Как только те пустились вскачь,
А вышел спешно в поле чисто
И молодецким свистнул свистом.
Он кликнул в голос, что есть сил,
Коня волшебного просил:
«Эй! Сивка-бурка, конь летучий
С тобой не страшен враг могучий,
Отныне я - хозяин твой,
Так встань, как лист перед травой!»

И вдруг, откуда ни взялся
Тот конь бежит, дрожит земля,
А из ноздрей и из ушей
Пылает жар семи печей!
Порхнул и встал перед Иваном,
Как вкопан: «Я тобою званный,
Ну, что велишь, летим куда?
Со мной удачлив, будь всегда!»


И другу молодец поведал
Всё то, в чём скрыты его беды:
«Как видишь, хил я, некрасив,
Тягаться с сильными нет сил!
Мечтаю видеть я царевну,
Что храм построила из брёвен
Повыше дюжины венцов
Чтоб зреть потуги молодцов.
Тот, кто из всадников подпрыгнет
И поцелуй сорвёт, тот выйдет
Под ручку с нею, вступит в брак
А я чем хуже! Не дурак?»

И Сивка молвил: «Ерунда,
Не стоит тяжкого труда,
Вот только ты взберись мне в ухо,
Как будто маленькая муха,
А вылезешь и будь готов
Лететь к Елене той без слов!»

Ванюшка справно это сделал,
Красавцем вылез сильным, смелым,
На Сивку сел и поскакал.
Да так, что  ветер не догнал!
            ____________

В тот час на площади дворцовой,
В высокой башенке венцовой,
Повыше дюжины столбов
Сидит Елена – приз готов!

Звон колокольный о начале,
Призыв для молодцев отчаянных,
Кто смог бы крепче разбежаться,
К заветной цели подобраться.
Все мнутся робко, кое-кто
Гарцует, глядя на окно.
А люд мирской, галдит упрямо,
Тех женихов толкают рьяно,
Свистят, смеются той затее:
Ну, мыслимо ль, рискуя шеей,
Подпрыгнуть выше двух венцов,
А как двенадцать? – то из снов!
Ну, кто? Ну, кто в конец решится,
Чтоб пред царевной осрамиться?

На площадь вдруг во весь опор
Как вихрь, не видан до сих пор,
Влетел скакун.
Толпа умолкла,
Все ждали чуда не без толка.
А всадник встал на стременах,
Приветствовал царевну так,
Потом коня чуток пришпорил,
Разбег набрал и видят вскоре,
Что всадник, конь летит, как птица…
То дивно!
Есть чему дивиться:
Шестой венец им покорён,
Да, видно, молодец влюблён!!

Тот другу крикнул: «Что ж неплохо!
Ещё попробуем немного,
Пусть не двенадцатый, но всё ж
Ещё попытку, как? - смогёшь?!»

Сердечко ёкнуло девичье:
«Не уж-то он? - но для приличья
Махнула кружевным платком. -
Я здесь, достанусь нелегко!»

И вновь разбег, и бег сильнее,
Прыжок… и всадник рядом с нею,
Мимо окошка пролетел
Платочек выхватить сумел!
Разбег, прыжок, полёт не птичий
Кого оставит безразличным?
Толпа зевак сперва молчала,
За тем неистово кричала.

Но кто храбрец тот и откуда?
Поступок, чей подобен чуду?
Пусть поцелуй и не сорвал,
Достоин царственных похвал!
Не видели отколь приехал,
Да и куда исчез?
Без смеха
Никто того и не видал,
Как призрак: был и вдруг - пропал!
Все веруют, ещё приедет,
Ведь поцелуй-то, явно светит!

А он скакал к отца могиле,
Там от волнения остынув,
Коня на волю отпустил
А сам колени преклонил.
К отцу склонился за советом,
Сказал, что было по секрету.
Старик послушал и сказал,
Чтоб счастье впредь не упускал!

Иван домой пришел устало,
На печь прилёг, как и бывало,
Стал братьев ждать, чтоб расспросить:
 Кто там сумел успех вкусить?
И те взахлёб порассказали,
Всё то, что видели, слыхали,
Ещё о том, что завтра в рань
Поедут, чтоб места занять.

Притворно утром Ваня просит,
Но старший брат беззлобно бросил:
«Да, ты – дурак, сидел бы дома,
Всех распугаешь пуще грома!»
Горячих подхлестнув коней,
Умчались, кто кого быстрей.

А вот «дурак» вслед улыбнулся,
Пошел звать Сивку, обернулся
Красавцем, кто толпу дивил,
Платочек девичий схватил.
Он снова на лихом коне,
Чтоб цель достичь свою вполне.
              _____________
Второго дня рассвет под стены,
А уж зевак, как мыльной пены.
Когда же солнца луч проснулся -
То у дворца не протолкнуться,
Хотят все видеть верхового,
Кто будет здесь сегодня снова.

Ждёт всадника и дочь царя,
Он рвётся к ней, видать, не зря.
Струна любви и в ней задета,
Не спала ночь всю до рассвета,
Не уж-то так и влюблена?
А может быть виной весна?
Удобно села у окошка
В вершине башни, словно кошка
Пригрелась солнцем,
 А всерьёз,
Ждёт вновь героя своих грёз!

А вот и он – дубок зелёный,
Под ним и конь горяч, ядрёный
Полымя пышет из ноздрей,
Команду ждёт рвануть скорей!
Народу всадник поклонился,
Потом, как на Руси водится,
Молитву Господу воздал.
На стременах чуть-чуть привстав,
Он, наконец, махнул Елене,
Хитро мигнул ей еле-еле,
Махнул тем кружевным платком,
Мол, верь, пришел к тебе с добром!

Царевна из окна склонилась
Ему в ответ, а сердце билось,
Как в звоннице колокола,
В святой день с самого утра!

Толпа зевак, дюже волнуясь,
Гудит и ждёт: так чья же глупость
Над разумом свой верх возьмёт?
Факт – шею молодец свернёт!

Но мнутся молодцы в сторонке,
Лишь новенький совсем не робкий
Берёт разбег по кругу он,
Лихой прыжок и слышен стон:
Стрелой летит к окошку всадник,
Царевну чмок!
Какой проказник!
Народ ликует и смеётся:
«Да, счастье храброму даётся!
Но, где герой? Кто это был?»
А молодца и след простыл.

Царевна в рёв: «Видать ли это,
Чтоб поцелуй был без ответа?
Кто тот ристалища герой,
Отныне суженый он мой?!»

И царь не менее взволнован:
«Так, кто же он? Эт, что-то  ново,
Чтоб с губ любимых сорвать приз
И с глаз долой!
Вот так артист!»
Но, тем не менее, наметил
Созвать господ, чьи вчера дети
Были на площади дворца,
Признать смогли бы беглеца.

Пустые хлопоты: бояре,
Князья, вельможи государя
Плечами только лишь и жмут,
Ответа толком не дают.
Тогда царевна и решила
На ужин царский пригласила,
Всех, кто ей руку предлагал,
Хотел супругом стать – не стал!

Младой народ вновь всполошился:
Не уж-то впрямь она решится
Избранника из них назвать
Коль незнакомца не видать?
И братья стали собираться,
Чтоб при дворе покрасоваться,
Чем бес не шутит, и они
Сердца имеют, ведь не пни!

Иван смеётся: «Не меня ль
Царевна ищет уж три дня?»-
«Ты, дурень, и язык свой чешешь,
О чём понятья не имеешь,
Как пёс плешивый лижет хвост,
Ступай-ка лучше на погост!»

Сами с утра коней седлают,
И пыль во след маревом тает.
А вот Ванюшка шел пешком,
Со встречным споря ветерком.

А у дворца, ногой не двинешь,
Народу глазом не окинешь.
Иван протиснулся в толпе,
Сел в самом дальнем уголке.
Елена спрашивает громко:
«Не здесь ли тот, кто в башне ловко
Мой кружевной схватил платок,
В другой день - губ коснуться смог?
Мой приз им доблестно заслужен -
Стать женихом моим и мужем!»

Странно..., жених не объявился.
В толпе шумок: «Ишь, эка птица!
Отец её полцарства даст,
А с ним невиданную власть!»
Среди бояр, князей искали,
Всех генералов перебрали,
А он сидит себе за бочкой,
Смеётся, балуясь платочком:
«Смотрелся ей вчера в перстнях,
А вот полюбит ли в лаптях?»


Царевна видит свой платок:
«Вот он! Глядите в уголок!
Да, папенька, он - мой жених!»
Идёт царь в угол, двор притих.
Он молча смотрит на Ивана:
Лапти в пыли, портки с карманом,
Живот подвязан кушаком:
«Что? Ты был назван женихом?
Пропало царство и корона,
С таким вот дочь лишится трона,
Да, разве он готов в мужья?
Бедная доченька моя!
Хлынут войною чужеземцы,
Я стар, тревожно моё сердце!
Как, зять сумеет защитить
Всё, что сумел я сколотить?»

Но делать нечего и скоро
Их повенчали.
Также споро
И свадьбу шумную сыграли,
Какой давненько не видали!

Дивились новости братья:
«Вот так Иван, ругали зря!
Смотри-ка, стал каким красавцем,
Обиды вспомнит, может статься…,
Ай да, Ванюшка! 
Не дурак!
Ты извини нас, брат, мы так…»
В толпе зевак робко смешались,
Как будто век с ним и не знались.

Царь-батюшка в зятьке узрел
Смекалку, ум и много дел
Стал доверять ему столь важных,
Что сам признал его однажды
Своею «правою рукой»,
Идти не страшно на покой!
Дочке он вверил государство,
Злату корону, скипетр царства.

Елена правила страной,
А наш Иван - своей женой!

Не только в сказке так бывает:
Мечту с умом не упускают!


Рецензии