Святая

Знала    срок    и    судьбу.
Но  пока  не  пришёл  её  час,
Словно  клятву,  твердила  мольбу.
Зная  Небо,  молилась  за  нас.
Её    не    страшили    годы,
Алели    за    нею    плёсы, 
И    никли    луга    и   воды,
И  звёзды  вплетались  в  косы.
И  ей  покорялась  сила,
Как  птица  была  смела.
Но  сердце  её  пронзила
Судьбы  роковой  стрела.
Рыдая,    осины    бились,
От  листьев  был  ал  песок,
Где  крылья  её  разбились 
Над  тусклой  водой  проток.

…И  стала  одной  из  смертных
В    краю    родников    и    рос,
В  краю,  где  цветёт  бессмертник,
Где  лучший  ответ – вопрос,
Где  молятся  царству  мрака,
Где  слёзы  хранит  подушка,
Где  в  каждом  дворе – собака,
Где  каждая  мать – кукушка,
Где  воют  от  боли  камни,
Где  ветер  огню  послушен,
Где  в  храмах  забиты  ставни,
Где  веры  алтарь  разрушен.

…Ей  негде  зимой  согреться;
Глух   мир,   где   она   одна,
И  слишком  огромно  сердце,
И    слишком    мала    она.
И   горя   уже   не   прячет,
Слабея  с  каждой  минутой,
Не  ропщет  она,  но  плачет,
Сгибаясь  от  доли  лютой.
И  ищет  объедки  в  баке,
Ворует  с  прилавка  спички,
Ночует   в   сыром   бараке,
А  если  тепло – в  электричке.
И  взор  над  толпой  взлетает,
Пугаясь    косого    взгляда,
И   то,   чего   нам   хватает,
Ей  в  жизни  вовек  не  надо.

Подходит  она  к  порогам,
И  пальцем  грозя  кому-то,
Идёт  по  пустым  дорогам,
Ища    на    земле    приюта.

Откроет  ей  дверь  спросонок,
Накормит  вином  и  хлебом
Время  –  больной    ребёнок,
Играющий  в  прятки  с  Небом.