99 Позволь головой остудиться

В суматохе, в весеннем цвету,
У озёр с голубою водицей
На заре к зеркалам подойду —
Над водой своим прошлым склонился.

Из зыби прозрачной явился мне ты,
Облик мой, бескорыстен и хладен.
А зеркала эти слишком чисты —
Почему же мне лик отвратен?

Вот смотрю в отражения гладь,
Оправданий искать не стану.
Да, законы судьбы не объять —
Изогнула мне волю в лиану.

Только сердцу не дам каменеть,
Не покроюсь корою металла.
Душу слышать — ей должно петь,
Чтоб угроза бессильнойю стала.

Пусть трещит от мороза кора,
Стонет ствол на ветру визгливо.
Воля-лиана стала ролью ядра,
Чтоб судьба нас вконец не добила.

Здесь мне понятна холода стать:
Вот причина, что горло сдавила.
Гордость пытается голос подать —
Эго глухо взахлёб заскулило.

Что ж, дорогое, спасибо тебе —
Нет, не зря над былым склонился.
Своё отражение принял в себе,
Вдруг поняв, что просто молился.



В суматохе, в весеннем цвету,
За озерами с синей водицей.
Я к тебе на рассвете приду
что-бы молитвою поделиться.

Скажешь мне для чего прибежал?
Голос твой не привычно хладен.
Жаль тебя я такою не знал.
Он мне тяжек и не приятен.

Но возьму себя в руки вновь.
Оправданий искать не стану.
Да закон у судьбы суров.
Но попробуй сломать лиану.

Не сломаешь ее во век,
Она будет под силой гнутся,
Точно так же  и человек,
Ему силы те же даются.

Нужно только не очерстветь,
Не засохнуть как ветка березы,
Душу слушать как станет петь,
Ей не в тягости будут морозы.
 
Ни кто не посмеет судить.
Наказать не сможет больнее.
Как ты сам способен сгубить.
То что было всего роднее.

И не значит любить не хотел.
И не значит не знал пощады.
Просто видеть еще не умел,
Зашоренность дел, вот преграды.

Да теперь понимаю все,
Вижу скрытое под пылинкой,
Поздно это? Возможно,но,
Не желаю быть хворостинкой

За это спасибо тебе
Пришел от души поклонится
Молитву читаю себе
Позволь головой остудиться.