Научи

Слушай, друг, я не знаю, сколько ещё тянуть; наш корабль не держит этих температур, и давление с хрустом рёбра вжимает внутрь, словно кукле под гнётом детских экспериментов. Я не знаю, когда, но всё-таки долечу - навигатор твердит, осталось совсем чуть-чуть, но вокруг только космос, где-то затерян путь, по которому мы ходили без сна и света, когда были детьми.

Пожалуйста, расскажи - как мы бегали в поле, полном зелёной ржи, как смотрели на звёзды, - кто-то ещё был жив - и мечтали о высшем, бешеном пилотаже; расскажи, что сбылось, а что позабыли все, как не каждый из нас с тобой разделил успех, как ты бредил звездой, летая к ней в каждом сне, и как все остальные бредили точно так же, не оставь ничего, что можно не рассказать, потому что мы сами выжгли себя дотла, потому что вокруг осталась одна зола,

расскажи, потому что я не смогу, ты слышишь?

Расскажи, как служил, когда побеждала тьма - как пыталась сестра всех наших не отпускать, как рыдала на взлёте, будто в последний, мать, и как ты выживал почти на границе смерти; расскажи, кто погиб, а кто стал чуть-чуть сильней, и про то, как, по шею в копоти и золе, мы тащили друзей, не чувствуя боль в спине, на одной только чёрной, звёздной и дикой вере.

Расскажи про погоны, первый родной корабль, капитанскую рубку, - ровную, два на два - как хрипел на руках тобою убитый враг, когда ты видел в нём такого же человека, расскажи как стрелял, - навскидку, сквозь боль, навзрыд - и как то всё теперь у выживших жжёт в груди, расскажи, как хотел, но всё же не мог уйти, и как каждая смерть впечаталась нам под веки.

Расскажи, как болит та сотня твоих наград, как хотелось, чтоб кто-то, кто-нибудь был не рад, как внутри золотого змеем шипит вина, заковавшая нас в серебряное и злое; расскажи, как вот так всё время держать лицо, даже если внутри в урановом - тонн пятьсот, продолжать разговор, когда не хватает слов, улыбаться без лжи, как будто совсем не сломлен, расскажи, как опять, едва всё затихло, - взрыв; по потерянным боль как бьётся порой в груди, как усталость уходит, если совсем один. Расскажи, как мы были мёртвыми, но живыми, и как наш адмирал приказывал убивать, на отмщённых планетах как не растёт трава, как мы их называли, без сокращений, - ад, как звучит в темноте, средь трупов, людское имя.

Как мы видели то, что лучше не узнавать, как сжигали не просто мелкие города, а планеты, как нас чуть не погребла звезда - та, которой когда-то ты слишком часто грезил. Расскажи, как не спас, как выжил, теряя всех, расскажи про мечту с претензией на успех и напомни, как было раньше нас семь друзей, - и как звёзды лишили всех бесполезной спеси,

не таи ничего от всех, кто не знал, мой друг, расскажи, что все звёзды как-нибудь, да падут, расскажи, сколько можно сделать за пять минут, если смерть, хохоча, проносится где-то рядом, если блики вокруг, а больше и ничего.

Научи их, мой друг, как можно не видеть боль.

Научи их, мой друг, и помни, что мы с тобой.

И мы всё ещё часть
того
твоего
отряда.