Ковы богов

Наезженное колесо космоса
Скрипнуло и ось его,
Для неё же масла не нашлось,

Скрипя, закрутилась,
На всё бросая тень
Своего принудительного вертения.

Никто её ни в чём не упрекал.
Все знали, что нужно каяться,
Что доля человека такая.

Все знали, что судьба человека –
Метафизическая круговерть,
Но все спасению веровали.

И образ страшный навис
Шестерёнки неписанной,
Ей же повсюду место.

И наводит страх и скуку
Специфическую какую-то,
Как богами сотканный ков.

Во дни тягостном и бесцветном,
В котором тебе невесело,
Куда ты прикован сверху,

Учись и тренируйся пребывать.
И, если есть слова – напевай
О своём темничном товариществе

И о всей трогательной обстановке,
Куда как человек ноосный
Ты вставлен ныть по нотам.

А обстановка та зовёт
Мёртвым позавидовать
Тем, что всеми забыты

И спят, никем не допекаемы.
Только дух, что каялся или не каялся,
В своих мирах перетекает.

РазделенЫ они стЕнами,
И живут сущие тени,
Слушая, кто святее.

У кого ярче красивость
И где отчётливее веселье…
Там собраны все –

И Моисей, и пророки,
И Пушкин – малейший великоросс,
И стихов его россыпь…

И я услаждался звуками,
Что лились мне в уши,
Что музыкой слов зовут.

Нынче в небесном совете
Помрачён круг вЕдения
И легла тень отверженности.

Не блестит радуга
Небесной радости
На жернове рабства,

Но абразивная пыль.
МукОй всё это было,
Чтобы печь просфоры милости.

Нынче жернов космоса
Сдвинут со своей оси.
Он нагрузку двойную несёт –
Награду за жертву самости,

К которой он склонился
И волей и сердцем здесь был,
И не очистился, не омылся.

                2004 г.