А где лебеди? Ушли

  из текста "Поэт Ян Ад-лер. Ищущий да обрящет..."



 - Собственно, приступы одухотворения на него находят не часто. В остальное время он просто поэт.
   - В каком смысле – поэт?
   - Пишет рифмованные тексты, - пояснила девушка.
   - И только?
   - Нет, то есть да, то есть я хочу сказать: они ему посылают воодушевление, а он воспроизводит, если конечно там не начинается какая-либо катавасия, либо разборка, либо переброска тарабарщины, - пока произносилась тирада зверь все больше склонял голову к участникам разговора, так что, в конце концов, мент наперекор обычному своему мировоззрению, мало склонному к мистике, стал пристально вглядываться в иероглифы четкими столбцами, окантовавшими  вышивку на кимоно.   

«Вот на фиг ей ещё и японские каракули с такими закидонами?»

   - Значит, поэт вышел покурить? – возвратился к своим тараканам лейтенант.
 
Кивок головой – вышел, чего уж там.

   - А как вы узнали о случившемся потом?
   - Был слышен визг тормозов, а потом рев мотора… Собственно я не любопытна, кого положено сбить машиной обязательно собьют – не в этот раз так в следующий, как говорит Ян.
   - Ян, надо полагать, и есть Ваш ночной гость? – уточнил между тем утренний гость.

   Девушка вскинула бровь, что придало лицу соответствующее удивление:

   - Да, гость, раз уж я его у себя принимаю.

«В качестве снотворного следует думать» - вертелось на языке у следователя, но он тактично решил воздержаться от комментариев.

   - Значит, зовут его Ян? Вероятно он не русский? Чех, румын? – взял следопыт быка за  рога, чтобы опять не скатиться в мистику.
   - Вы думаете? – теперь уже без наигранного жеманства удивилась девушка.
   - Ну, раз уж Ян?
   
Удивление и заинтересованность, как корова языком слизала:
 
   - Вот ещё. Это я для звучности ему придумала псевдоним: Ян Ад-лер, а так он обычный Иван Морозкин.

Прослушав еще небольшую лекцию о голосах, которые спешат поделиться с последним романтиком информацией о потусторонних реалиях, что иногда переходит в безудержный смех, иногда в слезы, а иногда в крики с вышеупомянутого балкона с проклятьями то богам, то спецам черте каких систем, мент записал паспортные данные единственной пока его свидетельницы и направился дальше по заведенному с утра маршруту.

Внутренний голос неожиданно был настроен категорично: других свидетелей тебе не будет. «Вот идиотка, нет бы выйти, посмотреть, что собственно происходит под самым носом – ей по фиг! Проклятья он посылает… Кому тут что посылать?»