Над пажитью лет

                « неспособные в общей своей слепоте
                Отличить выпадавших из люлек, от выпавших люлек»



Нам над пажитью лет, познавать бы
себя, не к чему нам с собой лукавить
Пусть ласкают ветра  верстовые столбы
Оставляя зарубки на память

Самый страшный, по сути, кощунственный грех
Грех предательства нами отринут
Да и сколько их было, этих памятных вех
Только «мёртвые сраму не имут»

Может быть всё и так, кто подскажет ответ
обойдётся, зачтётся, кто знает?
И гадалка не скажет рецепт
На ромашке судьба не гадает

Оставаться  собой, познавая себя,
Понимая других, приснопамятных втуне
не бывает простою  стезя,
И ответ не получим мы всуе

Всё пройти, а иначе нельзя
Даже если и выпала люлька
Даже если не стало ферзя
Даже если тропа в закоулках

И тропинка у этой судьбы,
заплутала от терний сермяжных
не придаст нам спокойной ходьбы
чехарда  наших мысленных кряжей

Никнет взор, в сонме мыслей несметных голов
Всё одно – архаичная, в сущности, проза
В слепоте – забытье полюсов и полов
Как до времени сникшая роза

В нас не более славит раба
Мыслей жалких, презренная гордость
Не исправит ливедо горба
Пресловутая жалкая косность

Нам за «други своя» бы стоять до конца
да уж видно совсем нет в нас силы
В наших жилах не кровь, а вода
Так и водим по ней свои вилы

Свои вилы судьбы и самой  слепоты
невозможно к сердцам достучаться
и в былом, лишь следы пустоты
в настоящем не видно участия

Да и то, где искать нам следы
Что над пажитью лет  в круге нашем
Все  осколки былого и  льды
Наших слов, самих мыслей  украшен

Все иным, восприятием  жизни и смыслом
Оставляя за гранью клевет
Круг собой позабытых  всех истин
Тонем в узком  кругу своих мыслей
С той же ложью своих же  клеврет
И  мечтаем о заводи чистой

И находим  всё тот же ответ
И находим  всё тот же навет
Примеряя все чувства, да сразу
Всё к холуйскому  взгляду-куражу