Марина

Вы крайне больны,
моя бедная барышня,
одна…
посреди похорон мёртвого хауса…
Гнётесь сухим стебельком,
склонившись вдруг в пояс,
славя Христа под звон серебра
колоколен  -
храма  небесного. 

Душа, сродни  решету 
и  у  Вас  поседевшие  локоны
Горечь в улыбке
застывшего времени,
и Вы на пороге последнего дня
календарного лета,
в  предчувствии  боли  щемящей  в груди,
вплетаете  алые ленты в слова,
что помниться будут  века, 
Ну,  а  пока... 
воля  огня  триумфальна 
в  своей   н-е-и-з-б-е-ж-н-о-с-т-и...

И вот апогей…
Листья цвета крови и охры
опадают к Вашим холодным стопам,
а фонари безбожно чадят,
сжигая дотла силуэты
скромных, печальных лампад...

Не  отпеть  Вашу  душу,  Марина…
слезами  не вымолить
и  дождями не смыть,
что  уныло  запели  под  утро - 
вселенской  тоской. 

Вы  ведь  слышите,  знаете -
это  первые  звуки  сирен 
и  всё,  что  кровью  прольётся 
потом…
Ну,  а  пока...
Тишь в  изголовье 
и  замерли реки, 
что  часом  бурлили 
Вашей ранней  весной...