Мама, мамочка

Фоторабота Ольги Яковлевой.

Темнота. Собаки лают.
Стынет полная луна.
День утраты догорает…
Догорел уже до дна.
Боже, как горька весна…
Восемь лет, совсем немного
и столетний юбилей…
Виноват. Прошу у Бога:
-Душу мамы пожалей,
дай приют и обогрей…
Пусть она и не святая,
но любовь искупит грех.
Пётр, у врат её встречая,
вспомни, много ли утех,
было в жизни мамы, тех,
кто прошёл дорогой ссылки,
лжи, предательства, потерь,
ужас сталинской дробилки…
Мамы нет. Закрыта дверь.
Что же делать мне теперь?
 Анатолий Гессе, 2004.

Ночью кто-то плачет за окном,
но молчит осиротелый дом…
Может это мамина душа?
Тени ходят в странном хороводе.
Скрипнул пол и холод пробежал,
и будильник звякнул на комоде…

Третью ночь тебя на свете нет.
И опять луны печальный свет,
будто глаз огромный, с высоты,
широко распахнутый, незрячий…
Не избыть гнетущей пустоты…
Вот... Опять...
Незримый кто-то плачет…
 Анатолий Гессе, 2005.

Бьётся ветер в окно,
будто просит впустить…
Не допито вино
и не хочется пить.
Может ветру открыть?
Пусть проветрит мой дом,
так уставший грустить
о былом, дорогом…
Неуют по углам
тянет нить паутин.
И знобит по утрам,
и окно без гардин…
Не откликнется мать,
и отец не придёт…
Прыгнет кот на кровать,
промурлычет – споёт…
Снова ветер в окно…
И запущенный сад…
Не допито вино…
Виноват… Виноват…
 Анатолий Гессе, 2005.