Из записок о главном

Она уже забыла что такое плакать по кому-то. Допивая черный чай, она окуналась в эту темноту с каждым разом все глубже, и она до сих пор помнила, что надолго не остаются, всем кому-то куда-то надо спешить, ни одной секунды свободной. И лампочки она давно поменяла на кухне, и цвет стен перекрасила в беж, и как-то она похорошела что ли, посвежела. Забыла утром застелить постель, надеялась, что ты сделаешь это, но придя вечером домой увидела пустую кровать, и вспомнила, что кроме нее некому это сделать. Она пыталась следить за собой, бегать вечерами, пить свежевыжатые соки, есть курицу, вместо бифштексов. Но сложно было привыкнуть, это было не по ее нутру, ты же помнишь, и она вела свой прежний образ. Журналистика - это не ее. Вечерами она ходила к берегу и все о чем-то мечтала, летала где-то, писала стихи и засыпала под классику. Искала пути обратно, но блуждала и приходила в тупик. Ниточки, что вязали её, запутали окончательно. Но как-то последние недели она все чаще стала появляться на людях, говорить с кем-то о чем-то, и, да, она стала краситься вновь, одеваться как-то по-весеннему что ли. Стала нравиться мужчинам, ходить на свидания, влюбляться. В общем, жить.