Мы живы памятью своей

Я помню своё босоногое детство,
Играли в оврагах, купались в пруду.
Копали цибули, чтоб вдоволь наесться,
Дички и черёмуху рвали в лесу.
Я помню, как нашу избу возводили,
И как ароматен был каждый венец.
И сени большие, и окна резные,
И дом был похож на красивый дворец.
Я помню, как ночью родился мой братик,
И как повитуха (не знаю, как звать),
По попке (казалось) его колотила,
Чтоб начал скорее мой братик кричать.
Я помню, что часто ремня получала,
За то, что ослушаться маму могла.
И знала, надёжнее нет мне причала,
Где всеми любима, желанна была.
И зимние помню у нас посиделки,
Соседи неспешно беседу ведут,
Корзины плетут,
Громко щёлкают семечки
И прялки «тихонечко песни поют».
Беседы всегда одинаковы были,
Про жизнь, про скотину, про нас сорванцов.
На что-то налоги (ура) отменили,
Что чтут наши власти «вчерашних бойцов».
Что землю давали (бесплатную землю)
И власть никогда ни кичилась при том,
Что строить (бесплатно) дома помогали,
И свет проводили (бесплатно) в мой дом.
И братья уставшие с поля приходят,
И мама быстрей собирает обед.
И запах от папы какой-то особенный,
Наш папа единственный мастер-кузнец.
Я помню, как всё вдруг внутри замирало,
Когда открывали заветный сундук.
Медали родителей мы тихо брали,
Чтоб слышать их трепетный, ласковый звук.
Нас шестеро было, и я точно знаю,
Что мама порою последний кусок
Старалась оставить, то детям, то папе,
Себя, ущемляя всегда и во всём.
Я помню, как мамочка ночью молилась,
И Бога просила за папу, за нас.
Мы были молитвами теми хранимы,
А ангел – хранитель была наша Мать.
Учили добру нас и в школе и дома,
И максимум знаний старались вложить.
Учили – людьми, чтобы были достойными,
Родителей, чтобы своих не срамить.
Я помню соседей, друзей и подружек,
И сердце от счастья сжимается вновь
Что взяли от жизни мы самое лучшее,
Достоинство, Честь и к Отчизне любовь!