Арлекин раскроет глаз кровавые раны

Арлекин раскроет глаз кровавые раны - они всё видят - но не так и не то -
Он рассуёт сигареты по дырам-карманам - проделанным в чёрной шкуре - или в пальто -
Что там надето - ему всё равно сегодня - да и вчера - было так же - всё каждый день
Повторяется - катят по рельсам вагоны-годы - нет ни охоты, ни времени в окна глядеть -
Что там за окнами - за занавеской пасмурной - один и тот же унылый чужой пейзаж -
Лучше закрыть лицо - карнавальной маской, лучше замазать - чёрной тушью глаза -
Ресницы склеятся - будут точно решётки - на камерах глаз - не выйдешь из них, арестант!
Его пытались лечить электрическим шоком - а он сбежал - но теперь он бежать устал -
И вот - сидит в купе - закупорен, заперт - луна царапает когтем стекла зрачок -
Слетается в мозг - стая голодных гарпий - а он не может вырваться - он обречён -
Рот облеплен сетью чужих сновидений - остервенелая гарпия нервы рвёт -
Он ещё вчера - на что-то надеялся - он кого-то ждал - только кого?
Он заточён в вагоне - он запечатан - дорога заржавлена - сжата - искажена -
И проводница плещет багровым чаем - заката - на чёрное небо - в дыре окна -
По его перчаткам - которые пальцы скрывают - от этого мира - от его липких ресниц -
Тянут могильные черви - плевки кровавые - и приглашают втянуться в чужие сны -
В мор и мир зеркальный - где серые стены - где бредут по коридорам иссушенных вен
В больничных халатах - актёры сожжённой сцены - и у каждого - зубья ожогов на голове,
У кого-то - след от старой лоботомии - у кого-то - губы иссушены порошком -
Горьким, полынным - кто-то забыл своё имя - кто-то не знает, куда и зачем пришёл -
И бьются бабочки душ - о стен капилляры - и на столах разложены чьи-то глаза -
Никто карнавальную маску им не подарит - никто не позволит о боли своей сказать -
Он убежал - он сумел - он смог прогрызть свои путы - проломиться сквозь стен картонные миражи -
Может быть, потому, что отчасти - шут он - и умеет, играя, фальсифицировать жизнь -
Может быть, дело не в этом - в другом чём-то - белых халатов рой в высоте парит -
Он туго стянут в перчатку - в костюм чёрный - он надвинет на лоб лохматый парик -
Рыжий - растрёпанный - жжёт, как пламя кострища - не подходи - сожгу - уничтожу дотла!
Он просто едет в поезде - он не ищет - того, что умерло - как душа умерла -
На ржавой булавке - воткнутой прямо в тельце - мохнатый, черный скукоженный эмбрион,
Он едет в ночь - куда ещё ему деться? Туда, сюда - всё едино и всё равно -
Поезд едет по узкой одноколейке - в висках алыми ртами раны кричат -
Где проводница ходит - иди, налей-ка мне прямо в горло этот багровый чай -
Чтобы не спать - не видеть чужих кошмаров - чтобы остаться наедине с ним -
С Арлекином - который пальцами чай мешает и языком поправляет на коже грим -
Чёрт возьми меня - за хрупкое горло - и оплети его кружевным жабо -
Скоро ли мы приедем - ещё не скоро - и я смогу остаться с самим собой -
В треснувшем зеркальце - спрятано в алой ране - бьётся моллюском о чёрную шерсть пальто -
Если бы только хоть что-нибудь знать - заранее - только заранее ведь не знает - никто -
В чёртовом мире, который разбит на рельсы - и каждый рельс - лоботомии пила -
Мне говорили, что скоро душа воскреснет - а мне всё равно - пусть она умерла -
Пусть плещется в чёрной могиле зрачка слепого - пусть корчится эмбрионом - и пусть визжит -
Я уезжаю в ночь - и я что-то понял - листая чужие кошмары и миражи -
Горло забито - точно колючим шарфом - внутрь меня шерсть прорастает - сорной травой -
Не надо души - она только мешает - пусть будет мёртвой - не надо её живой -
Не надо её изымать лоботомией - не надо её электрическим током терзать -
Не надо требовать, чтобы были людьми мы - и вставляли в стеклянные маски чужие глаза,
Не надо резать вен синие рельсы - пускай поезда идут в багровую пасть -
Тот, кто может воскреснуть - и сам воскреснет - толкни его - помоги на рельсы упасть -
Пускай - я тоже лежал - отползал - и снова - складывал руки и ноги - в один скелет -
А потом - ходил по вагонам кошмарных снов я - не знаю сколько секунд - или сколько лет,
И ни один пропахший пошлостью лекарь - не смог с меня сорвать шутовской колпак -
И я уехал - чёрной одноколейкой - я то ли спасся, то ли - совсем пропал -
И ходит поезд - туда и сюда - бесцельно - под неусыпным бденьем луны слепой -
А где-то бредут - актёры - с сожжённой сцены - роняя бумажные лица - на клейкий пол -
По их рукам ползут змеистые жилы - и просят уколов - и источают синь -
Они не мертвы - но они и не живы - они забиты, как гвозди, в чужие сны -
Они развешаны - на стене балагана - марионетки - распяты - навеки веков -
И из разрывов запястий сочится другая - другого цвета и вкуса - горячая кровь -
Но никому нет никакого дела - анализы все в порядке - гемоглобин
В норме - и осыпается пылью тело - а маску - так никто и не подарил -
Гемоглобин - лоботомия - лекарства - на сетчатой раме кровати - скелет лежит -
Кем надо быть, чтобы - собой остаться - и сколько раз умереть - ради этой лжи
Жизни - фальшивой - как бумажные платья - на картонной кукле - которая скалит рот -
Кто-то - ошмётками мозга и кровью заплатит - кто-то - в лабораторной клетке умрёт -
Кто-то вырвется - поезд его подбросит - до полустанка - а там - пересадка - куда?
Нет никаких ответов - только вопросы - только дорога - из ада - и снова в ад -
Туда и обратно - маятник всё качает - тело и мысли - и навевает кошмар -
Налейте мне в глотку ещё - багрового чая - пока не заснул я - пока не сошёл с ума -
Пока цепляюсь за полку - в купе пустынном - пока ещё - по-волчьи скалю клыки -
Пока еще помню своё настоящее имя - хотя не уверен - Пьеро или Арлекин?
Не знаю - оставьте - это не важно нисколько - всё равно имена - истребит неуклонный сон,
Скоро придут в купе - голодные волки - из обступивших поезд костлявых лесов -
Скоро деревья расставят чёрные крючья - своих вечно голодных, ободранных смертью ветвей -
И будут проситься в купе - ко мне в попутчики - и приникать шёпотом к голове -
И бормотать - о том, что можно повеситься - вот какой услужливый чёрный сук -
И будет луна смотреть - прищуренным месяцем - на то, как они отравленный морок несут,
На то, как они насылают сны паутинные - чужие - или мои - не разберёшь -
И всё пытаются вызнать моё имя - и всё стараются выдать за правду ложь -
И чёрные рожи - пугала в лунном свете - заглянут в окна - и тоже попросят чай -
И я понимаю, что - никто не ответит - даже если я буду истошно кричать -
Проводницы нет уже - она удалилась - куда-то - в лес - на ногах костяных -
А впереди - раскопанная могила - и в ней кишат червями - чужие сны -
И там скелет лежит - улыбаясь мило - он всем доволен - он в нирване почти -
Ему недавно сделали лоботомию - его профессор своим ланцетом почтил -
Теперь ему хорошо - он хохочет весело - он белым стал - он полной луны белей -
Когда-то он именно в этом лесу повесился - когда-то он прокатился по колее -
В таком же чёрном костюме, как я - раскаялся - пришёл с повинной - и предоставил свой мозг
Для вразумлений - залит багровым чаем - он корчится в ране могилы - смеётся до слёз -
И слёзы его червями повсюду ползают - и пожирают всё - оплетают шов -
А он считает - что плачет живыми розами - и что не скелет он, а - тело с живой душой -
А он не видит - глаза его плотно забиты - деревянными пробками - не откупорить их -
А в оба запястья воткнуты ржавые бритвы - которые вечно терзают алые рты -
Вечно скребут когтями по венам - гарпии - а у него уже вместо вен - трава -
Но он верит, что всё хорошо и правильно - что он человек, и душа у него жива -
Его не объехать - он по рельсам скачет - как полоумный дервиш - в ладоши бьёт -
И поезд его раздавит - никак иначе - не получилось - только - сделать аборт -
Вырезать этот скелет из чёрного лона - его уже не спасти - и зачем спасать -
И он лежит - раздавленный - и влюблённо - смотрит пробками глаз - на небеса -
А я еду дальше - зубы стучат - дробно - холодные руки - в перчатках - дрожат листвой -
Кого я убил? Кого вырезал из гроба? И это меня погубило - или спасло?
Не нужно вопросов - ответы лживо коварные - они только путают мысли - грызут висок -
Я просто еду - по чьим-то чужим кошмарам - под хор чужих - надорванных голосов -
Я сбежал - или мне это снится только - и я прикован марионеткой к стене -
И кто-то ко мне подступает - с электрошоком - и кто-то твердит - что меня уже больше нет,
И я вцепляюсь пальцами - в край оконный - прижав к стеклу - обожженный слюной рот -
Я есть, я есть, я имя своё помню - я Арлекин - или всё-таки я Пьеро?
И поезд - туда и обратно - едет и едет - впиваются клювы гарпий в мои виски -
Я знаю себя - я помню - я знаю - ведь я - Пьеро - или всё-таки я Арлекин…