Русскость. увертюра. поэма

УВЕРТЮРА.

Взошла заря, в её незримом шаге
приходит день и отступает ночь.
Растопит свет к обеду тень в овраге
и Солнца жар изгонит сырость прочь.
 
В лучах светила зеленью трепещет
степенный бор и сочный пряный луг.
В лазури неба искра Бога блещет.
И ото сна воспрянет утра дух.

Трава вокруг покроется росою,
холодной свежестью омоется покой.
Добро на взлёт пчелиной стаи рою.
Вся жизнь вокруг проявится гурьбой.

На водной глади озера лесного
спросонья ветер нарисует рябь.
И заглянув в медвежью берлогу,
слегка раздует и засушит хлябь.

Коснувшись чистым утренним дыханьем,
наполнит воздух, взбудоражив кровь.
И следуя высоким расписаньем,
расправится и жизнь пробудит вновь.

В траве густой закрытый камышами,
борясь со-сном, скрывается рыбак.
Карась, рисуя на воде орнамент,
играет с ним и не клюёт никак.

Средь заморозков вдруг набухнет верба,
встревожив небо близостью Пасхи.
Из-под коряги нос покажет нерпа.
И на холсте взыграют жизни краски.

Набухли почки и раскрылись цветом,
на сером фоне проявив колер.
Промчалась разнопёрая  карета,
раскрасив мигом зеленью ковёр.

В листве густой с заката до рассвета
без устали щебечет соловей.
Своею песней он предвестник лета.
Желанных тёплых и погожих дней.

Под тенью древ, разбуженный весною,
проснётся шмель и полетит в поля.
Наполнившись берёзовой слезою,
воскреснет в омовении земля.
 
По майскому медовый сладкий воздух,
пронизанный благоуханьем лип.
Его дыханье всюду всем на пользу.
Я в вдохе растворился и залип.

Залип в восторге от природы пьяном.
Завис в портале между двух миров.
Как от наркотика окуренный тимьяном,
оставленный на перекрестье снов.