Ой смешно, отойди, не подслушивай...

Ой, смешно, отойди, не подслушивай.
Я стою у окна своего.
Рядом бак с сигаретой потушенной,
А этаж мой совсем высоко.

Что не видно меня в незахваченном,
А раскрытом халате большом,
Даже шелк его был озадаченным,
Что осмелилась выйти я в нем.

Только мне все равно уже, веришь ли?
Если я высоко-высоко,
Не видны будут ранние прелести
Чрез налитое солнцем стекло.

Потянусь, потянусь и игриво
Посмотрю на тебя, ты внизу.
Чья рука здесь сейчас курила?
Уйду с лестницы иль сползу...

Мне так мало еще исполнилось,
Я играю с тобой, а ты
Смотришь тихо очами полными
Непритворной твоей наготы.

Ничего не умеем с тобою мы.
Поцелуй наш как алый костер.
Обожжет, как патроны обоймы
И сбежит, как полуденный вор.

Нас застенчивость губит иль просто
Охраняет любви нашей дом.
Мы высокие будто бы ростом
И этаж даже здесь не при чем...

Как же сильно вдруг юное чувство
Обжигает любовью сердца.
И великое это искусство
Чистотою сближает уста.