Роман в стихах. Гл. 15

Глава 15. ПОСВЯЩЕНИЕ


                1

Любить тебя приятно и легко
всегда так было
в прошлых воплощеньях.
Ты ревность, страсть
безумие и власть.
Когда ж мечтаешь
встретиться ещё
в иной и интересной ипостаси
из дум египетских,
событие пришло,
возникло вдруг
переплетеньем судеб.
И здесь мы поняли
сокрытую причину,
что наши души
теперь не смогут чинно,
спокойно, холодно
терпеть,
со стороны смотреть.
И ловят наши уши
музыку небесных сфер.
И нам друг в друга верить
так глубоко дано
и сохранять извечное тепло
и нежный свет любви, -
как это хорошо! -
и мы с тобой идём
одной душевной песней.

               

                2

Не стоит раскрывать нам тайну тайн:
другим нас не понять,
а навредить вот можно,
да и зачем непосвящённым знать,
как истина окажется над ложью
и нам вдвоём так будет хорошо,
что завистью богов
и сумерками в близких,
мы, окружённые,
сольёмся вновь в одно -
прекрасное то будет существо,
что выйдет в многомерность
и будет править бал
препятствиям назло.
В любовь и счастье, в добро
внушая веру и надежду,
в красоту и истинные мысли,
входя блаженством страсти в естество -
сердца всегда для этого мы сыщем,
мы вдохновим -
и вот тогда поэт
напишет лучшие свои стихи
в порыве откровенья.
К Единому в любви с тобою мы пришли
И, слившись, победителями вышли.

               
               3

Ты помнишь остров,
тел наших загорелость
и нильских волн
шёпот плеск и плач,
и желтизну песка
у прибрежья лотос
и феерию пальм,
прикосновений нежность
и поцелуев жар
под стук сердец,
восторг, сиянье глаз
слиянье наше
уносило в вечность?
И только лебедь-бог
легко понять нас смог,
пожертвовав
и пламенем,  и страстью,
к любви он нас привёл,
и мы той звёздной ночью
любили, глядя в Орион,
ведь мы оттуда точно, -
благословил он нас
и звёздным пал дождём.


                4

Лучший в мире мужчина,
кладезь полный ума,
не того, что из логики серой,
а того, что ведёт на любви острова,
и того, кем живёт гениальность сама.
Лучший в мире мужчина,
новых муз зачинатель,
новых чувств утончённых
ваятель ты первый.
Неземная в сиянии глаз красота.
Добрым сердцем
открытости верный,
друг единственный,
преданный дружбе сполна,
что тебе дни земные и деньги,
если движут судьбой
и мечтой небеса,
если сам создаёшь ты в мгновенье
океан бурных мыслей
и богов чудеса,
и музыку, слово и пенье,
вдруг явившись в наш мир Адрианом,
чтобы мир необычный создать,
ирреальность сделав реальной?
Ты вернулся на землю
как звёзд благодать
и забывшим тебя
жизни смысл показать,
утраченный, кажется, всеми.
И  меня  ты  призвал
быть  опорой  опять,
всех времён уникальнейший гений.



                5

Ты нежна, красива и умна,
за красотою цветёт доброта -
нельзя не восхититься тобой -
в вечном танце летим голубом,
в синеве наша музыка тает,
ты играешь, играешь на скрипке
мы в Париже и Вене,
Барселоне и Ницце.
Мы идём и поём.
Незнакомые лица
улыбаются нам,
и вот в зале большом
в туре венского вальса
в огнях мы плывём,
музыканты нам шлют комплименты,
тебя приглашает мой друг,
меня же - девушка стройная с бантом.
Мы смеёмся, узнав балерину,
в Монте-Карло приехал Нуриев:
вспоминаю татарскую фразу,
но ужасен французский акцент -
Рудольф отвечает не сразу,
крепко в объятиях сжав,
целует бурно  в слезах.
И много танцовщиков вдруг
нас в порывах своих обступают,
принц улыбается нам,
знак подаёт о сюрпризе,
и чудо:
сама Далида, смеясь, меня обнимает
и шепчет о вечной любви
в буддистском её пониманье
и просит прочесть ей стихи,
но губы мои от волненья
сохнут, горят и немеют,
язык и рот деревенеют,
сердце трепещет в груди,
но дружеский поцелуй,
лёгкий, тёплый и терпкий,
и запах прекрасных волос
приводят в нужное чувство;
в жизни случается чудо,
в которое трудно поверить,
везёт иногда мне без меры.
Друг мой представил невесту -
безумно прекрасная пара -
воспоминанья и речи
украсили поздний вечер.


                6

Увидел в Олимпии Пьеху,
заливистую и шальную
Богиню советской песни -
и понял: её не забуду.
Услышал романсы Брегвадзе,
решил подучить я язык.
Во дворце старинные вазы
и благородный визит
нас окунули в музейность,
позвали затем в Петербург,
долго бродил по лицею
в мыслях пушкинских бурь.
Затем поездка в Тбилиси
под песнь молодого вина,
и в сказке у озера  Лиси
любовь безоглядной была.
Есть магия личной жизни
законам ума вопреки.
И в силах ли мы, поразмыслив,
закономерность найти?
Когда просыпается гений
в любимых моих друзьях,
в мыслях веду беседы
с ними в бессонных ночах.
Приходит во сне откровенье
и белый чарующий свет,
условным становится время,
которого, может, и нет.