штыки из луи менар

Когда мы все проклятые проснемся.
Когда зарница наша закипит.
Тогда мы все за этот штык возьмемся.
И каждый будет нами перебит.

Мы помним все.Всю злобу,все печали.
И мы придем вас просто покарать.
Июньский день,июньский флаг и дали.
Придут опять.Придут опять,опять.

И вы тогда все злобно содрогнетесь.
И вы тогда заткнетесь по судам.
Платочками устало оботретесь.
Прижмете их, к ладошкам и глазам.

Но только мы ответить не сумеем.
Но только мы не станем говорить.
Мы штык возьмем,ударом вас огреем.
И будем бить и будем снова бить.

И вы философы усталого мгновенья.
Что спрятались за этой тишиной.
Вы знали все...и эти преступленья.
И тот расстрел на баррикаде той.

Вы знали все,не надо оправданий.
И ваших трижды проклятых статей.
Мы к вам придем из тех горящих зданий.
Их всех глазниц расстреляных детей.

Вы знали все.А голод драл нам глотку.
А голод нас давил,как будто вшей.
-Мы есть хотим!!!А вы нам плетку,плетку.
А вы нас убивали столько дней.

Как дочерей вы наших распинали.
Мы помним все,нам это не забыть.
Как их потом пинками добивали.
Как запрещали месяц хоронить.

А стены эти снова задрожали.
Покойники все встали возле них.
Опять расстрел.Опять вы в нас стреляли.
И стон наш снова,снова не затих.

А шлюхи ваши.Помним это тоже.
Смеялись и кричали, бей еще.
Как улыбались пьяненькие рожи.
Как целовали пьяных горячо.

Они потом веночки вам дарили.
Мы помним все.И спросим их сейчас.
Три дня расстрелы им любовь искрили.
Три дня они пускали...жопы в пляс.

Мы помним все доносы и облавы.
И тюрьмы ваши в сумраке ночи.
И раны наши снова все кровавы.
И раны наши снова горячи.

И пытки эти ночью,без предела.
И стоны эти снова по ночам.
Вот где-то здесь штыком прибито тело.
Вот голова с гвоздями по глазам.

Мы будем мстить уже без сожаленья.
Придем за вами ночью или днем.
Потом придут все наши поколенья.
Потом придут штыки...потом,потом.

Философы,профессора,ублюдки.
Что так любили вечность воспевать.
Но мы придем голодные желудки.
Душить,душить....и просто убивать.

И кулаки у ваших глаз сожмутся.
Посмотрим мы тогда на ваших шлюх.
Они идут,они уже вернутся.
Ведут своих расстреляных старух.

И генерал ваш тоже содрогнется.
От страха и....будь проклят навека.
Ему уже прощальная поется....
На острие поднятого штыка.

Все,все вернутся к вам и надают по морде.
И ты сержант,ублюдок и подлец.
Ты помнишь,ты тогда.Ты шел тогда в эскорте.
И пикой тыкал все....убив всех наконец.

И банки ваши тоже полетели.
И мы их будем тоже добивать.
А бой идет,которые недели.
А бой идет,мы стали наступать...

Из всех могил мы выползем когда-то.
Вот здесь пробит наш череп палашом.
Мы мстить идем.Расплата и расплата.
Все,кто убит,кто будет взят потом.

Философы,профессора,подонки.
Спокойно спите,радуйтесь ночи.
А мы придем,а мы придем с поземки.
С кладбищенской разбитой каланчи.

Мы будем мстить спокойно,без пощады.
Мы будем мстить за всех убитых нас.
Мы разберем на пики все ограды.
И встанем с ними,возле ваших глаз.

Все будет так,как вы тогда желали.
Гляди,гляди....а мы уже идем.
Вы нас в расстрелах и считать не стали.
А мы вас посчитаем....и сочтем.

За все страданья.Боль и муку нашу.
За наши слезы,нашу нищету.
Вот мы идем испить святую чашу.
Вот мы идем,осуществить мечту.

Пусть наша злоба станет самой нужной.
Пусть наши стоны глотку разорвут.
Мы вас найдем на вашей вилле...южной.
И в тех дворцах,где радость и уют.

И пусть Христос не преклонит колени.
Он смотрит там,забытый и другой.
Июньские растерзанные тени.
Равняются и поправляют строй.