Дать надежду
ТТ ПОЧТМЕЙСТЕРА
ТОЛСТАЯ ТЕТРАДЬ. ПИСЬМА В НИКУДА
Тема № 14. ДАТЬ НАДЕЖДУ
С О Д Е Р Ж А Н И Е
Фаталист
***Снежинки кружатся и падают, и вот...
Ещё до рождества...
Метаморфоза
Привет
«Клаве» про съёмщиц
Покаяние
И дарил!
Поэтому
***Разругавшись – уходи
Вальс 1914 года
Точка отсчёта
А в самом конце пиршества
Такая
Нечаянная встреча
Аладдин
Толи я?..
Он
Шанхай. КВЖД
Магазин
3мей Горыны4
И круты турки!
Жена. Манеж...
Прогулка уфолога
«Заводи ИЛ!»
Грабим!
Гужевой транспорт
ГИБДД
Кати так
Тут ходили...
Свято место...
Крещение планиды
***Нам многого познать не суждено...
Рассвет
Вы – яхтой...
Вдохновение
Гимн радуге
ФАТАлист
Первый снег,
как первая любовь, чист…
…чист,
как белоснежная фата,
лист
* * *
Снежинки кружатся и падают, и вот
по берегам на мелководье первый лёд.
И ивы примеряют шаль.
Снег приглушил осеннюю печаль.
И вот уже вокруг белым-бело,
река течёт вдаль, душу отвело...
Ещё до Рождества...
В провинциальном городке служил почтмейстер.
Да как у всех: друзья, работа, дом.
Случилось так, заезжий капельмейстер
увёл жену, произошёл надлом...
Он поначалу ей писал, не отвечала.
(Часть писем возвратилась в городок.)
Тоска душевная так измотала,
что он без «беленькой» уже не мог...
Почтмейстеру всё стало безразлично.
Он потерял друзей, работу, дом
и опустился так до неприличия...
(Сломался хрупкий стержень в нём!)
И, как в участке пояснял свидетель,
в последний раз его он видел у костра... когда
с каликами почтмейстер пел... Был весел,
швырнув ту стопку писем в никуда...
Метаморфоза
Солнце улыбнулось: «Здравствуйте, поэт!»
Незабудкой я расцвёл: «Привет!»
(А накануне ж был отпет...)
Привет
ПРИГОВОРЁННОГО БОЖЬИМ СУДОМ
К ВЫСШЕЙ МЕРЕ ЯЗЫКОВОГО НАКАЗАНИЯ
САМОСОЖЖЕНИЮ
СЛОВОМ
ПОЛУЧИТЕ!!
«Клаве1» про съёмщиц
*
– Эй, вздор съёмщицы: «Жена, туфля, шью х/б...» ГКЧП!
*
Вздор! Не шьют съёмщицы х/б... Эй, паж, флягу – ЧК!
*
Пой, съёмщиц шальных будя: «Взгрею ж эф» (тчк)
*
Чую ж, Фрэнк, съёмщицы взгляд... Пой, тешь, Бах!
1) в каждой разнобуквице – весь алфавит для проверки клавиатуры.
Покаяние
– Пригуби стакан вина, звонарь,
и веди по лестнице убогой,
да не причитай, как пономарь,
на Руси давно не ладят с Богом.
Отведи наверх, под купола,
где блуждают звёзды меж крестами
и грустят в тиши колокола
с медными литыми языками.
Расскажи на божьих языках
про мои дороги и скитанья,
да в каких покаяться грехах,
не крещён – кто примет покаянье?
На вселенский выплесни простор
запоздалые признанья – сердца стоны.
Так, звонарь, какой же приговор
в колокольных грозных перезвонах?
– Грешник, чую, Бог велик, простит.
Преклони в смирении колени
перед той, что все ещё хранит
высохшую веточку сирени!..
И дарил!
(оборотень)
И лепо стихи я Оле той дарил! Лира , Ди, Отелло, я и хит сопели...
Поэтому
Поэтами не рождаются...
Потом умирают...
Поэтому в стихах теплится надежда!..
* * *
Разругавшись – уходи,
а с досады дверью хлопать –
не с руки, – идут дожди,
с крыш домов смывая копоть.
Тротуары так блестят,
будто их натерли кошки
языками, как котят,
и слизали с блюдец крошки.
От обиды не впадай
в стопор аль чего похуже.
Лучше погляди, как чай
дождь заваривает в лужах.
Или, может, погоди,
дай дождю на счастье руки,
нагадает впереди
встречи, новые разлуки.
Вальс 1914 года
В парке военный оркестр
вразброд выверял гаммы...
Вальс заиграл, и ротмистр
пригласил даму.
Вместе со всеми кружится
пара, им вторят тени.
Нежное сердце томится
от пылких прикосновений.
Земля из-под ног уходит
не от землетрясения, –
смелые па выводят
ротмистр + вдохновение.
Повсюду запах сирени,
а где-то там, за горою,
от пуль укрываясь тенью,
дышит земля войною.
Война – не игра, «се ля ви».
До боли сжимаются руки,
это – к любви,
а слёзы, они – к разлуке.
И может в бою так статься,
он смерть свою повстречает, –
свинцовая дура для вальса
партнёра найти не чает.
Завтра на фронт – под дула.
Бог даст, ещё возвратится
ротмистр и станцует, –
не торопись проститься!
Точка отсчёта
Впереди – неизвестность.
Позади – прожитое.
В данный момент
твои губы –
точка отсчёта.
(Вот. Новая точка.)
Так, миг за мигом,
тает время,
прибавляя воспоминания...
По теории взрыва,
Вселенная, расширяясь,
сузится в точку.
Не время!
А в самом конце пиршества...
Время доело последнюю конечность Пространства,
со всеми его измерениями в бесконечностях,
уснув на плече бессмертного Взрывника,
переваривая прожитое, вспоминая, вспоминая...
Взрывник пока не спешил будить Время,
перебирая оставшиеся струны Вселенной...
Значит, и у нас есть шанс свидеться!..
Такая
ОБВОРОЖИТЕЛЬНАЯ...
ЖИЛА
ВОРОЖИЛА
ЗАВОРОЖИЛА
ТАК ЗАВОРОЖИЛА
ЧТО...
ДА ВОТ
ЗАЖИЛО
Нечаянная встреча
Глаза всё те же, но едва улыбка...
С испугом обернулась: «Как? Ты здесь?..»
И понеслась с авоськами... А скрипка
играла в переходе полонез...
Минуту постояв с «Огинским»,
дал скрипачу трояк
и распрощался с Минском.
Аладдин
От волшебной лампы Аладдину
не дождаться больше волшебства:
отпустил он на свободу джинна,
дервишам раздал средства
и припал к повозке Саладина,
как к траве опавшая листва...
Переход последний каравана.
Пролетела п; небу звезда.
Воины ждут отмашки от султана,
наготове рыцари креста.
А без духа лампы Аладдину
предначертано погибнуть на войне.
Он лежит в песках и кличет джинна,
только друг в далёкой стороне.
Но и джинну захотелось в лампу.
В ней – покойней, раб – он нелюдим.
Да идёт иной, играя в ямбы,
и стирает пыль с волшебной лампы
юный отрок, но не Аладдин.
Толи я?..
(оборотень)
А нёс... А дожди... А не до радуги, Сеня!
Я нёс игу дар Одена и Джо Дассена...
Он
(в перевёртышах)
– О тотеме?!. То-то
у глыбы лгу,
юани пинаю!..
Шанхай. КВЖД
Гера, Инна –
героини!
Гера, Инна –
героина...
Д;бра силой
самураи
саму Раю
допросили...
Ноги жались,
но держались!..
Магазин
(анаграмма)
Зина – маг! АКМ, мак...
3мей Горыны4
(анаграмма)
Мы ей горы... (3-4)
И круты турки!
(в перевёртышах)
Ого, вот порот Керри, директор оптового...
АО «Боа»
Аллы... Базар. Фраза была
началом... Смола. Чан...
Жена. Манеж...
(в перевёртышах)
Та – на канат.
Тело. Полёт...
(Телу лет –
о-го-го!)
Лети, китель!
И «кура» – на руки!..
Прогулка уфолога
В то утро солнце разогнало тучи,
прервав почти трёхдневную капель,
в глаза взглянуло пристально, как дуче,
из головы выветривая хмель.
Он, еле оторвавшись от подушки,
мужчина тридцати неполных лет,
пошарил по столу: пустые кружки
и начатая пачка сигарет.
Одну он взял и закурил. Вздыхая,
взглянул на тумбу. Там стояли в ряд
порожние бутылки, поминая
вчерашний окорок, треску и сервелат.
Кряхтя, он встал, оделся. Машинально
поправив галстук, подошёл к трюмо
и посмотрелся в зеркало. Печально
паук свисал, подглядывал в окно.
Ругнувшись, он привел себя в порядок
и вышел ;з дому. Играючи, лучи
с задором лужи поджигали рядом
с обочиной, канавы и ручьи.
И, обходя препятствия по дугам,
он чертыхнулся, вспомнив про жену,
которая уехала в Крым с другом,
оставив ключ, записку, ветчину...
Приблизившись к ларьку, где пиво,
он обернулся и увидел ту,
которая походкою игривой
плыла по солнцем осиянному мосту.
Оцепенев под взглядом незнакомки,
мужчина вздрогнул, прибавляя шаг,
пошел навстречу ей, споткнулся у колонки,
по луже прокатился на руках.
Заметил, приподнявшись, отряхаясь,
как призрак лез в оконное стекло,
беззубая старуха ухмылялась –
и в этом путь к разгадке НЛО...
«Заводи ИЛ!»
заводь ила
заводила
Грабим!
(разнобуквица, 29)
– Банк – Эльф. Музей – Чёрт. Я ж – сип... Выход?! Юг!!
Гужевой транспорт
(в перевёртышах)
Троп сна, рта транспорт
как
увижу – живу!
«Но, конь!» –
как
дед
летел!
ГИБДД
И летели
с ПДД ДПС
Кати так
(в перевёртышах)
– Катим?! Итак...
Алла так и катала
«катал»... А так
им и
надо! Дань
тащат...
Тут ходили...
(в перевёртышах)
Икра. Ларьки.
Икра... Доп. подарки...
Свято место...
Пала коммунистическая идеология,
пришла – божественная...
Крещение планиды
«...Январь-Малевич ту планиду
в прорубь окунул,
вьюгами обдул,
по христианской вере
и крестил...»
(Архимандрит Кирилл)
* * *
Нам многого познать не суждено,
пусть и не мал путь от рождения до гроба,
но главное – как пройдена дорога...
как жили мы тут: праведно? грешно?..
Внутри себя услышьте голос Бога!
Рассвет
Летучая мышь
и не мышь и не птица
ночь
дикая кошка
не кошка не львица
утро
бесшумно крадётся
коварен прыжок
рас с|ц вело
ночь
укрылась в пещере
а утро
утро мурлычет стихами...
Вы – Яхтой...
(разнобуквиша, 33)
КПЗ, ГДР – чушью съёмщиц эф... Ты – блажен Яхвой!
Вдохновение
1
Равняясь на западные ветра,
не тру гортань я лихим «ура!»,
в Азии туча – почти чадра
для лика светила.
Навскидку – раскалён на треть,
как славянин, презираю смерть,
опираясь двумя о твердь,
что меня взрастила.
2
Я – дитя города... Старый дом
своё отстоял, был снесён.
Что горевать о нём? –
В новом-то – краше!
Вот они: улицы, «коробки»,
парки, скверики у реки,
стела на площади плюс ларьки, –
полная чаша!..
3
С детства я пленник синих озёр,
всё оттого, что не нюхал гор,
то не предкам в укор –
так карта легла...
С гладью воды я почти на «ты»
(Экзюпери, ас, тебе кранты!),
да я ТТ – предпочту цветы,
попсе – скрип весла!..
4
Дайте же, дайте воздушный шар,
сражусь с ветрами, как дон Икар!
К солнцу поближе – смуглей загар,
истина ближе...
Выше деревьев, горбатых гор,
за облака – даёшь фурор,
пока кипит кровь и есть напор,
ниспосланный свыше!
Гимн радуге
Мир полон красок, господа,
долой же серый цвет!
Порой несбыточна мечта –
унынию места нет!
Да будет радуги дуга!
Да будет божий свет!
Да будут счастливы тогда
и нищий и поэт!
Триумф у красок впереди.
Поэт, твоя строка,
поверь, разбудит вновь дожди,
и расцветёт дуга!
Свидетельство о публикации №115122904725