Пока в душе моей живёт
вшили мне под кожу живота и я, седой,
стал вдруг молодеть, да так стремительно, что мой
возраст, перестав считаться и с самим собой,
и со мной, решил уйти в загул, чтоб вне себя
годы моей старости оставить! Не любя
непорядок жизненный во всём, я приказал
семенным желёзкам не будировать аврал
спешного омоложенья и оставить всё, как есть,
то есть на диету «возрастных приличий» сесть:
кушать-пить не больше, чем вмещает мой живот,
и ходить пешком, пока в душе моей живёт
жажда быть живым, а не макакой в смысле том,
что по жизни ходит с обезьяньим не лицом,
а смешливой мордочкой с глазами человека.
Свидетельство о публикации №115121003135