О блуждающих мыслях

— Мессир! — сказала Маргарита.
Потухли звёзды, а луна
прикрылась красками граната,
чтоб встала на дыбы страна.

С усмешкой глупого проныры:
— Аз есмь, чудная госпожа,
они прошли ориентиры,
по иглам веры, чуть дыша,
но не узрели в реквизитах
способность мыслить и любить,
поэтому в антисемитах
привыкли странности ценить.

На прилегающих орбитах
к планете арт-объект Земля
есть пульты жизни в пирамидах,
и их хранит закат рубля.

— Зачем, Мессир, скрипят штурвалы?
Зачем не гаснет миг удач?
— Ах, это! Их не прописали
в журнал кочующих задач.

В вопросах грустных навигаций,
кто призывает вниз пути?..
Закон в пределах облигаций
забыл дорогу впереди!

Смеркалось. По небу неспешно
ползли эпохи и года,
а кот Баюн дремал безгрешно,
да в ручейках текла вода!

И в этой тишине бездонной,
Где время плавится в свинец,
Смотрел Мессир на мир бессонный,
Где каждый — сам себе жнец.
Он пальцем чертил по паркету
Узоры будущих невзгод,
Вплетая в вечную планету
Свой ироничный хоровод.

— Смотри, — шепнул он, чуть касаясь
Холодной кожи бледных рук, —
Они бегут, не дожидаясь,
Пока замкнется этот круг.
В их суматошных перелетах,
В их жажде власти и огня
Лишь тень в невидимых расчетах,
Что не дождались даже дня.

А Маргарита, взор склоняя,
Следила, как дрожит эфир,
Где, смыслы все переменяя,
Сжимался в точку этот мир.
Там, где кончались все пределы
И гасли искры бытия,
Душа, как парус, летела,
Свою судьбу не узнавая.

И кот, открыв один лишь глазик,
Зевнул, почуяв пустоту,
Ведь в этом странном, диком пазике
Все шли не в ту, не в ту черту.
Лишь лунный свет, как воск, стекая,
Ложился на немой гранит,
Где истина, совсем нагая,
В забвенье вечности звенит.

Кемерово - Сибирь