Сочувствие

Познав сполна и уважуху, и респект,
Вкусив успех во всевозможных проявленьях,
На мерседесе отутюживал проспект
Иван Семёнович, вне всякого сомненья.

Поток машин спешил уступчиво в кювет,
Прохожий в сторону шарахался с испуга,
И вдруг знакомый силуэт, из школьных лет,
Иван с восторгом опознал в нём Кольку-друга.

В руке авоська, в горб мутирует спина,
Пальтишко дряхлое накинуто на плечи,
Сорвался с губ невольный крик:
- Эй, старина!
О, как же рад я нашей долгожданной встрече!
Ну, как живёшь мой однокашник, как дела?
Бежишь дугой и хмурый взгляд не серебрится,
Купил бы лучше элегантный кадиллак,
Да не мешало бы тебе, мой друг, побриться.

- Иван! Святой, неоценимый человек...
Печально, видишь, еле-еле ковыляю,
Нет кадиллаков для таких, как я, калек,
Что веселиться? Ведь не ел уже три дня я.

- Колюня, миленький, ну, разве можно так?
И мне случалось напевать в твоей октаве...
Загнёт желудок гончий бег и суета,
Попробуй всё-таки поесть себя заставить!