Пение на закате
что нОрами ветровых дорог,
а всего-то и виделась - далью пыль,
да щемило сладко,
да холода тревог
тишины высасывали бутыль,
а всего-то выстанывалась такая блажь,
да ложился на красное с золотой каймой,
диск под плат, сплошь заплаканной – ты платок не дашь? -
синей одури сумерек, – нет, не мой, -
зябью в травах, колдобинах, ты не включишь свет
в плошке прошлого, пошлого рот закрой,
я сама уж не знаю, на какой ответ
столько лет напрашивалась, а теперь отбой,
немудрящей той песенкой я дрожу, ночлег
в чёрной роще обрушился трезвоном гнёзд,
и плыву, высвистываю между потухших век
крылья детства и Млечности в россыпях ночи грозд.
Свидетельство о публикации №115110704934