Пайдерос - любовь отрока роман 122

Пайдерос - любовь отрока (роман) (122)

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ


"Круги своя..."


Глава 122.

Ноги сами принесли Кармен к покинутому... почти забытому жилищу.
Дому, в котором жила она вполне сносной, плодотворной жизнью...
Творила...
Что?
Что она делала?
Чем занималась?
Она знала, но уразуметь на могла... как... как справлялась со столь сложной работой, каким образом выбрала поприще свое и достойно на нем существовала...
Ключи легко вошли в гнезда...
Квартира не была запущенной, но некий беспорядок присутствовал явно.
Поняла... беспорядок "организован" не мамой, женщиной придающей чистоте и порядку значение чрезвычайное...
Лирическим... беспорядок тоже назвать было нельзя...
Дом походил, скорее на студию творца...
Художника...
Папки с эскизами...
Мольберт, затянутый тканью...
Альбомы...
Куски смальты...
А... да...
Мать упоминала о чём-то... говорила...
Так вот кто живет здесь?
Желанием девушки было убежать... умчаться прочь, словно квартира уже не принадлежала ей.
Она почувствовала себя почти преступницей... взломщицей, но...
Любопытство... желание узнать что-то...
Хоть что-то!
Возможно новое знание прольет слабый свет на мрак ее жизни...
Возможно...

Эскизы... эскизы... эскизы...
На всех была изображена она... мать...
По прихоти художника... в костюмах разных эпох: строгая и распутная, закутанная до глаз в плотную парчу и... обнаженная...
Как... как это может быть?
Зачем?
И... нет... это всего лишь фантазии художника...
Всего лишь..
Вряд ли скромная мама знает о подобных вольностях...
А если бы знала?
Как бы отнеслась к увиденному?
Со снисхождением или.... возмущением?
Кармен не знала ответа...
Она села в знакомое кресло, принявшее хозайку так любившую прежде отдыхать в его глубоких объятиях...
Казалось, нежная кожа ласкает бедра...
Она смежила веки...
Что промелькнуло между их "шторками" и влажной поверхностью ока?
Чей образ?
Но... горячее тепло залило душу... тело молодой красавицы...
Захотелось провести ладонями по плечам... рукам... груди...
Что это?
Она открыла глаза, гоня наваждение...
Рука наткнулась на твердый угол большого альбома...
Открыть... отвлечься о грешных мыслей...
Скорее... скорее...

Да... увиденное было способно отвлечь... и того более...
С каждой страницы смотрели глаза матери...
С Марком...
С малышом...
Изумительной красоты ребенком...
Кармен так и не посетила дом матери...
Боялась...
Боялась увидеть... жизнь...
Счастливую... бегущую день за днем... наполненную всеми радостями...
Теплый кров...
Жаркая постель...
Нежность...
Дитя...
Она не чувствовала себя готовой увидеть это и... принять...
Принять сердцем, замерзшим в тенетах беспамятства...
Но почему альбомы здесь?
У сумасшедшего художника?
Знает ли мать о...
И на этот вопрос не знала ответа Кармен...

И... кого... кого напоминает молодой красавец...
Ах... вот оно что...
На столике... рядом с альбомом лежала стопка журналов, один из которых, судя по всему, открывался чаще других - так потерты были края его...
Антуан...
Это Антуан... собственной персоной...
Так он же... ммм...
Не исповедимы пути Твои... Господи...
Антуан... ммм... Ник был представлен матери Аугусто... или Акселем...
И Кармен пребывала в твердой уверенности, что он... экс-друг одного из них... или... просто друг, но...
Ай... голова шла кругом...
Какое ей дело до "оттеночных" проблем...
Никакого!
Ровным счётом!
Или... или?
Он явно влюблен в мать... так что же...
Ничего!
Если... то для нее он не представляет никакой опасности...
Свободная от мужчин!
Кармен осознала... осознала явно желание... быть свободной от мужчин...
Или... от Манолиса и его планов... идущих столь далеко, что...
Горизонт скрывал... куда именно...

Кармен завершила обследование в клинике...
Звонок мобильного телефона вывел из странного состояния...
Марк!
Она искала его... искала...
Зачем?
Уверена была - этот человек нужен ей...
Увидеться с ним следует непременно...
И вот...
- Приезжайте в клинику... не сочтите за труд...
- Еду...
Услышанное... чудовищное известие... только казалось... чудовищным...
Оно принесло спасение...
Именно услышав приговор... Кармен поняла... поняла всё...
Она не хочет жить с Манолисом...
Не хочет быть его женой...
А бесплодие, которое выявили врачи, дает ей право уйти... оставить мужчину по причине разумной...
Которая будет понята... если не сразу... не сейчас... то потом... позже...
Представить семью... дом грека без звенящих детских голосов...
Представить лицо его сестры, которая уже надоела вопросами своими неуместными... хоть и завуалированными... в меру...
Вот и спасение...
Она уедет с Ником...
Куда?
Куда угодно...
Работать... работать... жить... вспоминать...
И не жалеть ни о чём...
Не быть камнем на шее близких...
Она справится со всем сама... сама... сама...
Сейчас предстоит главное... неприятное... постыдное... почти преступное...
Разорвать помолвку с Манолисом...



РИНА ФЕЛИКС