Подселенцы

Тебе как будто есть дело до внутренностей моих перемешанных,
до сентябрей продрогших, на лете помешанных,
да октябрей невменяемых, с дурным и простуженным смехом.
Во мне поселилась осень, когда ещё бессонница от меня не съехала,
они на пару теперь дрейфуют, дымят, матерятся и блюз слушают,
до хрипоты, до какого-то даже удушья.
Тебе как будто есть дело до слов, рождённых мною в муках адовых,
записанных на бумагу,
или потерянных, зачитанных до помутнения,
до вздувшихся жил на висках, до учащённого сердцебиения
моих сентябрей полоумных, моих октябрей истерических,
до той моей осени, мыслями о тебе напичканной,
до краёв;
так, что уже бессоница воет и пальцы свои заламывает,
надоело ей слышать имя твоё неправильное,
что язык мой и так, и эдак коверкает, препарирует и скальпирут,
но никак из себя не вытравит:
ни дождями холодными, злыми, ни снегом внезапным, рождественским,
меня ещё больше раздевшим...
А тебе будто дело есть до моих трепыханий и выдохов резких,
всё цепляешь меня углями глаз своих, их чёрным треском,
всё не выгонишь из себя меня, из меня тебя,
хоть иди - и стреляй!
чтоб в упор, чтоб попасть уже точно мне в левое
подреберье,
и оставить дыру, продуваемую
теми вот самыми ветрами,
ураганами и прочими сподручными моей осени разорившейся,
обессиленной и невыспавшейся.
Тебе ведь нет дела, что у меня там внутри живёт и борется,
ты иди, куда так стремительно убегал,
а во мне всё как-нибудь, по-осеннему, да устроится.




2015 г.



Иллюстрация взята из интернета http://club.foto.ru/gallery/