Песчинка

Здравствуй, мой друг. Для чего тебе этот мир, что ты держишь в руках, уставая от разных мыслей? Нет нужды все сидеть здесь, будучи столь седым, что в ладонях песчинке нет никакого смысла оставаться и жить. Посмотри: вот она, Земля, застывает в дрожащих пальцах комочком грязи.

Почему же, мой друг, ты так бесконечно рад, когда смотришь туда и видишь все это разом? Я там был, я седел и игрался с людской душой; в ней ведь нет ничего прекрасного и живого - так зачем же, мой друг, ты чертишь карандашом на листах эти лица и каждое так выводишь, будто в этом - весь смысл твоей - и моей - судьбы, будто в этом - мечта и вечность слиты в орнамент? Ты плетешь кружева из религий чужих интриг, ты плетешь кружева и ходишь под небесами, наблюдая за тем, как люди друг друга бьют и как реками крови нашу смывают память, ты приходишь во снах к ним - яркий слепой приют, и сшиваешь из ниток то, чем мы скоро станем, только смысла в подобном меньше, чем в пустоте - для тебя эти люди точно букашки, друг мой.
 
Ты их чертишь так яро на белом, как свет, листе; я смотрю на их лица и не могу не думать, отчего ты рисуешь будто бы нас двоих, отчего их черты так похожи на наши лица, отчего ты ведешь их с края большой игры, не спеша кинуть в бездну - каждый из них боится как тебя, так меня и тех, кто играл до нас этим скучным набором легких, унылых кукол.
 
И в песчинке твоих ладоней опять весна, и она расцветает, ты вместе с ней - от скуки; я не знаю, мой друг, чего ожидать еще: ты весь там, ты оставил меня в темноте пустого. Эта вечность скупа и я ею не прощен до сих пор за тот дар, что мне обернулся роком.

Снова здравствуй, мой друг. Ты третью уж вечность там, я никак не могу вернуть тебя к нам обратно. Все почти точно так, как было, лишь ты с листа не снимаешь карандаша и не видишь брата. Я привел его к нам, увидев однажды вне - там кончается тьма - он в пальцах держал песчинку точно так же, как ты - и так же сводил на нет сотни жизней и слов, изорванных без причины. Точно так же смотрел, совсем еще молодой, в ярко-синее небо мира, над коим властен. Он свой мир рисовал, и было в нем все добро, что истерлось, мой друг, с тебя темноты напастью.

Он свой мир рисовал акварелью, золой, углем, он вычерчивал горы и реки, чужие лица, и на каждом обрывке - белом, чужом, пустом - рисовал и чертил, не в силах остановиться, я привел его к нам, и начал смотреть на вас.

...как похожи и как бессмысленны в этом мире человеком давно придуманные слова, человеком давно придуманная сатира.

Я, не в силах терпеть их, взял на ладонь песчинку и создал это место, Адом его назвав.