IV

- Ва­ше ве­личес­тво, - Ма­рия скло­нилась пе­ред му­жем в ре­веран­се, - я хо­тела об­ра­тить­ся к вам...

- Бу­дешь про­сить за до­мини­кан­цев? - Гла­за Ма­ну­эля свер­ка­ли гне­вом. - Да­же не пы­тай­ся!

- Но, воз­можно, столь жес­то­кая ка­ра...

- Ка­ра?! Где их хва­леные Laudare, Benedicere, Praedicare*? При­зыв к кро­вавой рез­не аг­нцев Божь­их - это бла­гос­ло­вение или про­поведь?!

- Они ино­вер­цы...

- Они но­вые хрис­ти­ане, они об­ра­щен­ные! И кро­ме все­го про­чего они - тво­рение на­шего Соз­да­теля! Все рож­да­ют­ся и уми­ра­ют по во­ле Его! А не по же­ланию че­лове­чес­ко­му!

- Но каз­нить лю­дей Божь­их... Мо­нахов...

- Божьи лю­ди? Ес­ли бы они бы­ли вер­ны за­ветам Гос­по­да, не слу­чилось бы ве­лико­го зла. Они ом­ра­чили рож­де­ние на­шего сы­на! Вмес­то праз­дни­ка мо­ре кро­ви! Они при­зыва­ли хрис­ти­ан вос­стать про­тив сво­их брать­ев во Хрис­те.

- За это ты при­казал их сжечь...

Ма­рия поб­ледне­ла, пред­став­ляя по­чер­невшие обе­зоб­ра­жен­ные те­ла.

- Я был ми­лосер­ден. Мо­нахов сна­чала уда­вили. Они же не бы­ли столь ми­лос­ти­вы, бро­сая жи­выми в кос­тер тех, ко­го соч­ли не­вер­ны­ми!

- Мо­нахов бы­ло двое, а каз­ни про­дол­жа­ют­ся...

- Прочь! Не зас­тавляй ме­ня ви­деть в гла­зах ма­тери мо­их де­тей фа­натич­ный блеск очей Тор­кве­мады**! Ты ду­ма­ешь, ду­хов­ник тво­ей ма­тери на­шел до­рогу в рай пос­ле сво­ей кро­вавой ра­боты?

- Я лишь умо­ляю те­бя не упо­доб­лять­ся ему. Ты уже на­казал тех, кто ус­тро­ил все это. Не ста­новись убий­цей со­тен доб­рых ка­толи­ков!

- Я не раз­де­ляю свой на­род на доб­рых ка­толи­ков и всех про­чих!

Ко­роль по­кинул ка­бинет преж­де, чем Ма­рия смог­ла ска­зать что-ни­будь еще. Те­перь она сом­не­валась, пра­виль­но ли сде­лала, пой­дя на по­воду у от­ца, ко­торый в сво­ем пись­ме к ней про­сил ос­та­новить ка­ра­ющую дес­ни­цу Ма­ну­эля. Его нап­равлял но­вый ве­ликий ин­кви­зитор Кас­ти­лии Ди­его де Де­са.


 * * * * *

Ко­роля му­чали кош­ма­ры... Про­лив­ша­яся кровь про­ника­ла в его спаль­ню, ок­ра­шивая все в алые то­на. Ме­тал­ли­чес­кий за­пах кро­ви тя­желым об­ла­ком ви­сел в воз­ду­хе, все сгу­ща­ясь и сгу­ща­ясь - во сне бы­ло не­воз­можно вздох­нуть. Он рез­ко про­сыпал­ся, сер­дце бе­шено ко­лоти­лось, да­же реб­ра ло­мило из­нутри. Ды­шать бы­ло труд­но, хо­тя на­яву в спаль­не не ца­рила кро­вавая ду­хота. Единс­твен­ным же­лани­ем бы­ло убе­жать! Ку­да угод­но...

В тот глу­хой пред­рас­свет­ный час оче­ред­ной кош­мар под­нял Ма­ну­эля с пос­те­ли. Убе­жать! В ог­ромном двор­це ски­та­ющий­ся в тем­но­те ко­роль... Он не­весе­ло рас­сме­ял­ся. Бе­жать из собс­твен­ных по­ко­ев от приз­ра­ков?.. И все же он по­кинул спаль­ню.

В ком­на­тах ко­роле­вы да­же по но­чам го­рели све­чи. Слу­жан­ки, нянь­ки, фрей­ли­ны го­товы бы­ли от­клик­нуть­ся на лю­бой звук. Вот толь­ко к та­кому по­яв­ле­нию они не бы­ли го­товы. Де­жур­ная прид­ворная да­ма встре­пену­лась, ед­ва уз­нав, что по­жало­вал ко­роль, пе­репу­ган­но прос­коль­зну­ла в спаль­ню.

- Ва­ше ве­личес­тво, - выш­ко­лен­ная го­дами, она опус­ти­лась в ре­веран­се пе­ред пос­телью, - здесь ко­роль!

Ма­рия тут же оч­ну­лась от нег­лу­боко­го сна.

- Ко­роль?..

Зо­лотис­тые ло­коны зап­ле­тены в прос­тую ко­су. Еще этот не­лепый че­пец! Но две­ри спаль­ни уже рас­пахну­лись.

- Ва­ше ве­личес­тво, - фрей­ли­на не спе­шила под­нять­ся из ре­веран­са, ожи­дая при­каза от мо­нар­ха.

- Мо­жете ид­ти.

Быс­трый взгляд на ко­роле­ву, ее от­ветный ки­вок, и прид­ворная да­ма скры­лась за две­рями.

- Я по­бес­по­ко­ил вас в та­кой час...

Ма­ну­эль опус­тился в из­ножье кро­вати.

- Для же­ны нет оп­ре­делен­но­го ча­са, что­бы слу­жить му­жу сво­ему. Вся жизнь еже­минут­но пос­вя­щена это­му.

Ма­рия прид­ви­нулась бли­же, еще и еще. В све­те све­чей во­лосы си­яли. Он про­тянул ру­ку, взве­шивая на ла­дони мяг­кие ло­коны.

- Мне ну­жен по­кой.

- Я по­могу вам его об­рести.


 * * * * *

Но­чи в спаль­не же­ны при­носи­ли дол­гождан­ное заб­ве­ние. Ма­рия бы­ла счас­тли­ва - впер­вые за го­ды се­мей­ной жиз­ни Ма­ну­эль ос­та­вал­ся с ней до са­мого ут­ра. Ее неж­ная за­бота на­ходи­ла от­клик в его ищу­щем ус­по­ко­ения сер­дце. По ут­рам он не­жил­ся в пос­те­ли, не же­лая от­кры­вать гла­за, раз­ру­шать оча­рова­ние мо­мен­та. Гре­зилось, что к не­му лас­ко­во ль­нет лю­бимая жен­щи­на. Его Иза­бел­ла... Но го­лос Ма­рии, же­лав­шей ему доб­ро­го ут­ра, воз­вра­щал его к ре­аль­нос­ти.

Еди­нение суп­ру­гов да­ло свои пло­ды. Ма­рия жда­ла еще од­но­го нас­ледни­ка. Ма­ну­эль ви­дел в этом Божье бла­гос­ло­вение - от­пу­щение гре­хов. Же­лая, что­бы это ди­тя ро­дилось в стра­не, да­рящей всем лишь по­кой и бла­годенс­твие, он поз­во­лил об­ра­щен­ным бес­пре­пятс­твен­но по­кидать Пор­ту­галию***, не ли­ша­ясь при этом сво­его иму­щес­тва. Ис­пу­ган­ные прош­ло­год­ней рез­ней лю­ди вздох­ну­ли с об­легче­ни­ем, по­кидая став­шую им враж­дебной зем­лю.

- Он от­пустил их. А ос­тавшим­ся поз­во­лил сво­бод­но пог­рязнуть в ере­си. Что бы ска­зала моя мать?

- Ва­ше ве­личес­тво, - де­ревян­ные чет­ки под паль­ца­ми Эле­оно­ры де Акуньо бы­ли от­по­лиро­ваны до зер­каль­но­го блес­ка, она бес­прес­танно про­сила нас­тавле­ния и за­щиты у Соз­да­теля, - ваш пер­вей­ший долг - по­вино­вать­ся му­жу.

- Отец в сво­их пись­мах на­поми­на­ет мне о до­чер­нем дол­ге...

- Ваш отец не свя­той. Раз­ве нет? Мне ли на­поми­нать вам об ар­хи­епис­ко­пе Са­раго­сы****?

Донья Эле­оно­ра под­жа­ла тон­кие гу­бы, прис­таль­но наб­лю­дая за ли­цом ко­роле­вы. Ма­рия вспых­ну­ла. Эту стра­ницу се­мей­ной ис­то­рии при жиз­ни ма­тери бы­ло зап­ре­щено от­кры­вать.

- К то­му же его но­вый суп­ру­жес­кий со­юз с этой фран­цуз­ской дев­чонкой*****...

- Она пле­мян­ни­ца фран­цуз­ско­го ко­роля Лю­дови­ка.

- Она мо­ложе ва­шей млад­шей сес­тры.

Всей ду­шой пре­дан­ная па­мяти Иза­бел­лы Ка­толич­ки, донья де Акуньо ли­ла свой яд бе­зо вся­кой жа­лос­ти.

- Отец очень бо­ит­ся, что его род ос­та­нет­ся без нас­ледни­ка. Ведь его единс­твен­ный сын... - Ма­рия за­мол­ча­ла, чувс­твуя, что тень ар­хи­епис­ко­па Са­раго­сы нез­ри­мо при­сутс­тву­ет ря­дом. - Единс­твен­ный за­кон­ный сын дав­но умер.

- Ваш отец от­даст ко­рону Ара­гона но­вому нас­ледни­ку? Он раз­ру­шит все, что бы­ло соз­да­но в со­юзе с ва­шей ма­терью?

- Ни­ког­да!

Эле­оно­ра де Акуньо улыб­ну­лась, в гла­зах по­явил­ся хищ­ный блеск.

- Сын Ху­аны унас­ле­ду­ет ко­роны Кас­ти­лии и Ара­гона! И ник­то боль­ше!

Ма­рия не сде­лала ни­чего из то­го, о чем про­сил ее в пись­мах отец. Но в знак сво­его ува­жения и рас­по­ложе­ния к ара­гон­ско­му ко­ролю пор­ту­галь­ская мо­нар­шая че­та на­рек­ла но­ворож­денно­го ин­фанта Фер­ди­нан­дом.


 * * * * *

- А ес­ли у мо­его от­ца ро­дит­ся сын?

- Не по­нимаю, что те­бя так бес­по­ко­ит?

- Ты не по­нима­ешь?! Ес­ли у не­го бу­дет нас­ледник, он мо­жет за­хотеть от­дать ему трон Ара­гона.

- Да­же ес­ли и так...

- Так?! Все, к че­му стре­милась моя мать, рух­нет толь­ко по­тому, что ка­кая-то фран­цу­жен­ка ро­дила ему сы­на? У не­го же столь­ко вну­ков! Сы­новья Ху­аны. Ма­лень­ко­му Кар­ло­су уже де­вять! И на­ших де­тей не сто­ит ски­дывать со сче­тов.

- Ду­маю, он прек­расно об этом пом­нит. А те­бе не сто­ит так вол­но­вать­ся. Те­бе это вред­но!

- Не­уже­ли ты ду­ма­ешь, что ожи­дая шес­то­го ре­бен­ка, я не знаю, что мне вред­но, а что нет?

Ма­ну­эль взял же­ну за ру­ку.

- И все-та­ки пос­та­рай­ся ус­по­ко­ить­ся. А ме­ня ждут де­ла. Я ос­тавляю те­бя на по­пече­ние доньи де Акуньо.

Об­ла­чен­ная в чер­ное ис­панка за­учен­но опус­ти­лась в глу­боком ре­веран­се.

- Будь­те спо­кой­ны, ва­ше ве­личес­тво.

За ко­ролем зак­ры­лась дверь, Ма­рия схва­тилась за жи­вот. Прид­ворные да­мы за­су­ети­лись вок­руг.

- Ос­тавь­те ме­ня! Он прос­то тол­кнул­ся.

В раз­дра­жении не­ук­лю­же по­дош­ла к ок­ну.

- Ва­ше ве­личес­тво, - по по­лу за ней про­шур­ша­ло чер­ное оде­яние пре­дан­ной на­пер­сни­цы. - Вол­но­вать­ся не сто­ит. Впол­не воз­можно, что у ва­шего от­ца ро­дит­ся еще од­на дочь. В кон­це кон­цов, мы зна­ем толь­ко о двух маль­чи­ках...

- И все же они бы­ли! Зна­чит, эта дев­чонка мо­жет ро­дить сы­на.

- Мо­жет, а мо­жет и не ро­дить. Го­ворят, что у нее уз­кие бед­ра...

- От­ку­да... Хо­тя не­важ­но. Я не же­лаю ей смер­ти! Но, да прос­тит ме­ня Гос­подь, я не хо­чу, что­бы ее по­томс­тво внес­ло раз­дор в на­шу семью. Пусть у нее ро­дит­ся дочь!

- Я бу­ду мо­лить Пре­чис­тую Де­ву о по­мощи, - бу­сины че­ток за­щел­ка­ли в паль­цах.

- Ес­ли у нее не бу­дет сы­на, я обе­щаю, что от­дам свое ди­тя на служ­бу Гос­по­ду.

И мо­лит­вы ко­роле­вы вновь бы­ли ус­лы­шаны******.
___________________________________________
 * - де­виз ор­де­на до­мини­кан­цев. С ла­тин­ско­го: "Вос­хва­лять, Бла­гос­ловлять, Про­пове­довать".

 ** - То­мас де Тор­кве­мада, ду­хов­ник ко­роле­вы Иза­бел­лы Ка­толич­ки, ос­но­ватель ис­пан­ской ин­кви­зиции, пер­вый ве­ликий ин­кви­зитор Ис­па­нии. Ху­ан Ан­то­нио Ль­орен­те, пер­вый ис­то­рик Ин­кви­зиции, ут­вер­жда­ет, что за все вре­мя, что Тор­кве­мада воз­глав­лял Свя­щен­ную Кан­це­лярию (1483-1498), бы­ли сож­же­ны за­живо 8800 че­ловек, 6500 каз­ни­ли за­оч­но пос­ле их бегс­тва или смер­ти, и под­вер­гну­ты пыт­кам 27000, хо­тя мно­гие ис­то­рики счи­та­ют эти циф­ры за­вышен­ны­ми (сам Лорь­ен­те счи­тал эти циф­ры за­нижен­ны­ми).

 *** - указ от 1 мар­та 1507г. поз­во­лял но­вым хрис­ти­анам (об­ра­щен­ным и­уде­ям и мав­рам) сво­бод­но по­кидать ко­ролевс­тво, вы­возить иму­щес­тво или про­давать его. Это по­ложи­ло на­чало мас­со­вому ев­рей­ско­му ис­хо­ду из Пор­ту­галии.

 **** - Аль­фон­со Ара­гон­ский (1470 - 1520), ар­хи­епис­коп Са­раго­сы - бас­тард ко­роля Фер­ди­нан­да Ара­гон­ско­го, рож­денный от Аль­дон­сы де Ивор­ра. Был ро­вес­ни­ком стар­шей до­чери Фер­ди­нан­да от бра­ка С Иза­бел­лой Кас­тиль­ской. От внеб­рачной свя­зи ко­роля с Аль­дон­сой так­же ро­дилась дочь Ху­ана.

 ***** - Жер­ме­на де Фуа, вто­рая же­на Фер­ди­нан­да Ара­гон­ско­го, бы­ла мо­ложе его на 35 лет.

 ****** - Ху­ан, сын Фер­ди­нан­да Ара­гон­ско­го и его вто­рой суп­ру­ги, ро­див­ший­ся в мае 1509г, умер че­рез нес­коль­ко ча­сов пос­ле по­яв­ле­ния на свет. Аль­фон­со Пор­ту­галь­ский (1509-1540), шес­той ре­бенок Ма­рии Ара­гон­ской, по­лучил ре­лиги­оз­ное об­ра­зова­ние и стал ар­хи­епис­ко­пом Лис­са­бона и кар­ди­налом Пор­ту­галии.