Во мне живёт легион демонических мальчиков

Во мне живёт легион демонических мальчиков –
Для этого мира совершенно не предназначенных,
Для этого мира никем и ничем не созданных,
Расцветших на ржавом каркасе багровыми розами,
Раскрасивших лица смеха помадой чернильной,
Укравших у ночи её кружевные мантильи,
Надевшие в полночь беретов малиновых пламя
И вороньём прокричавших кощунственно «Амен»
В церкви пустой – куда только ветер заглянет,
И время лежит серым волком в глухом чулане,
Слепые глаза витражей на песок разбиты
И ржавые губы луны шевелят молитвы,
Которые слышит лишь тот, кто алтарь измазал
Всем ангелам в пику – малиновым, горьким, красным,
Развеял по куполу хлопья сожжённых свитков
И разорвал на ссадины слов молитвы –
И сны воплотил – ночные чёрные грёзы,
Которые если и сбудутся – то так поздно,
Что ангелы в небе давно поседеют мутно
И будут считать на чётках века-минуты,
Мечтая уйти – на ногах кандалы-браслеты
И смочены слёзы сиренью и фиолетом –
У ангелов нет больше мира, и храма тоже –
И лес прорастает терновым плетеньем в коже
Из глаз демонических – демоны долго ждали
И ногти роняли на землю истошно-алый
Огонь, прораставший всё глубже – и всё крутилось
На карусели миров – в ледяной кадрили
Лошадок оскаленных, мёртвых драконов – пали
Они из небесного цирка – и тьма слепая
Их закрутила на этой земле пустынной –
И алая кровь потемнеет до чёрно-синей
Под лаком их кожи – они и не вспомнят даже –
Откуда, зачем и как явились однажды,
И крыльев упали дырявые взгляды – в мусор,
И шкуры покрыли узоры чужих укусов –
И ангелы их когда-то взнуздали больно,
И выпили капля за каплей – огонь их воли –
И вырвали когти драконов – и стыли очи
Рождённых в мирах, где царят эти дети ночи –
Но демоны были рядом – за поворотом –
И ведали дети ада, вассалы чёрта –
Что ангелов срок – пройдёт, неизбежно канет
В пасть ночи, и время проснётся в чужом дурмане,
И стаи драконов сорвутся из мертвых башен –
И демонов смех и гнев будет ал и страшен,
И каждый отравленный рот прикоснётся к горлу,
И ядом напоит колодцы безумный город –
И ангелов всех закуют в пожухлые цепи
Из чёрной листвы – и оставят в червивом склепе,
И будут по их благородно-стыдливым лицам
Кровавые ивы и чёрные черви виться,
И будут их руки и ноги – в браслетах колких,
И будут лизать их слёзы – адские волки,
И будут кровавые пасти кривиться вечно,
И каждый поверженный ангел будет отмечен –
И будет хитон его белый разорван в клочья –
А мы соберёмся в огненном храме ночью,
И чёрный алтарь засверкает – тигриным глазом,
Срывая с изломанных губ золотые фразы,
Которые каждый вплетал в свою суть когтями,
И верил, что яростный час, наконец, настанет,
И каждый витраж под ногами, ветрами слизан,
Уносит куда-то в зарево чьи-то жизни –
Уносит туда, где ткётся алтарный бархат,
Откуда для смертных не будет пути обратно,
Где чёрные ночи разлиты в кубки и гложет
Огонь золотой – человечью хрупкую кожу,
А демоны им смеются и дышат жадно,
И жгут фонари в своём городе в центре ада,
Где россыпь шагов их соткала аллеи арпеджио,
И где мои демоны-принцы всех ангелов пережили –
И снова воздвигли дворцы из камней драгоценных,
И вновь вознесли к пустынности неба – сцены,
Где крылья ломали и сыпали смехом горьким –
И каждый шальной арлекин, демонический отрок
Себя исчертил и изрезал на столько масок,
Что сцена от пролитой крови казалась красной –
Но девственно-белым и целым во тьме казался
Фарфор их лица – в череде реинкарнаций
Они совлекали с себя обожжённый бархат
И вновь приходили на огненный бал – обратно,
И в алых беретах таились чёрные птицы,
И белые лилии рвали чёрные принцы
Во снах – в бесконечных садах своих сновидений –
И падал на руки миров алый дождь осенний,
И чьи-то глаза следили из мрака хаоса,
Как чёрные принцы играли – и как встречались
На пьяных осколках сцен – то друг с другом – то
С двойниками своими в узких ночных пальто –
С теми, кто в мире в безумных людей играл
И проходил кинжально сквозь зеркала
И капал золотом кровью на белый лист
И рисовал себе брови ночной артист
Чёрными птицами – лентами чёрных стай –
И на груди обуглился след креста –
Сорван, изъят, изломан, отброшен прочь –
И проглотила его тигриная ночь,
И по холодным звёздам проходит тот,
Кто в чёрный храм в голодной ночи придёт –
И демонических мальчиков грянет хор –
В чёрной кантории – и под его рукой
Преобразится храм – усмехнётся ртом
Огненным – дева – под золотым крестом,
Что перекручен – а  карусель – летит –
Ангелы вянут, точно в печи цветы,
Демоны точат кинжалы своих ногтей
И призывают из мрака своих детей –
Мальчиков чёрных, которые я и есть –
И перевёрнут на кружеве белом – крест,
И алый рот вишнёво-жаден и жгуч,
И их глаза-антрациты так сладко лгут –
И позолоченный голос плетёт им сеть,
Мальчики снова играют – орган – и смерть –
Пальцы летят по клавишам – рой комет –
Мальчик эти давно не в своём уме –
Чёрные мальчики из роковых глубин –
Чёрт побери, ведь воистину я – один,
Но разлетаюсь на этот чёрный рой,
Пьяный, как мёдом и смерчем, своей игрой –
И зеркала приглашают меня к себе,
И поднимает каждое мой берет,
И облетает он – точно вишнёвый снег –
И в зеркалах никого уже больше нет –
И возвращается храм – мой драконий бред –
Храм возвышается на золотой горе,
Чёрные окна разбиты и пройдён путь –
Я возвращаюсь в его разъятую грудь –
И выхожу – один или много нас –
В чёрную бездну собственных чёрных глаз,
Бездна мои шаги принимает вглубь,
Лижет огонь и кровь с искривленья губ,
Жжётся и лжёт – я в ответ ей и жгусь, и лгу,
Кровь запекает закат на ночном снегу –
Волки его охраняют и ждут меня –
Ангелы мёртвые рядом ждут воронья –
Ангелов кто-то повесил – на чёрный куст –
Марионетки пляшут – и я смеюсь –
Мёртвые ангелы – я же живее их всех,
И разрывает мне горло кровавый смех –
Мёртвые ангелы пляшут – и кровь течёт
Из разорванных кем-то ртов и аорт,
А чёрный демон выпьет всю эту кровь,
Чтобы она не пропала – и чтобы вновь
Стать, точно ангел –  ангельски кротко лгать,
Людям – невинно глядя прямо в глаза –
И забирать их жизни одной рукой –
Это так весело, право, и так легко –
И мы выходим в ночь – легион пажей,
Мальчиков-демонов в пене волос и манжет –
Чёрные волосы, а манжеты – как мел –
Каждый из нас давно не в своём уме –
Каждый из нас безумен и проклят, и
Каждый из нас не хочет иметь с людьми
Общего – каждый из нас – это каждый я –
Демон, который просится в личный ад –
Где расцветёт шиповник его теней,
Где на ресницы выпадет алый снег,
Где воплотится весь легион – нас –
Мальчиков с чёрными розами чёрных глаз,
Мальчиков, чьи сердца замолкли давно,
Мальчиков пьющих из горл у людей вино,
Мальчиков что построили чёрный храм –
Мальчиков ждёт их собственный адский рай.