Здравствуй, Том

Здравствуй, Том, я пришла, наконец, к тебе,
сильный свет больно жжет среди тьмы глаза –
это ты. Твоя сила давно научила петь,
если страшно бушует гром и гремит гроза.
Вот твой кот, твой табак и горячий чай,
за окном воет ветер – мой неуемный друг.
Ты так счастлив, будто бы дом твой – рай,
словно остров, белеющий в море жестоких мук.

Знает ветер – свободна средь снежных вех,
мои руки как крылья воздух разрежут вмиг;
этот мир, Том, он наш, ибо мы из тех – 
кто действительно смел, и подлинно кто велик.
Ты не веришь мне, Том? А зря, ибо я права,
я ведь долго искала истину в темноте,
я бежала, не зная сна и не видя дна,
задыхалась в своей безвыходной слепоте.

Говорят, что всегда есть шанс, если ты горишь,
может, риск не оправдан, все сплетни и ерунда.
Но подумала – вдруг, когда в пустоту кричишь –
в другом мире рождается новая пустота
и она серым комом осела в моей груди?
Не вздохнуть и не выдохнуть, словно цепь
опоясала ребра, и нет мне иного пути,
как смириться или умчаться в чужую степь.

Я устала от всех и от бешеной гонки. Пять,
четыре, три, два, один, и я слышу старт.
Сердце бьется, спешит из клетки – бегу. Опять.
Против воли в кипящей крови горит азарт.
Ты ведь знаешь, – одна. И это совсем не грех,
ведь средь елок стоит твой уютный дом,
и устав от гонок, храня за смиреньем смех,
я верю – открою дверь, там меня ждет Том.

Дай мне руку, неважно, что бросят вслед,
Посмотри – дорога ждет нас с тобой в лесу.
Кажется, я нашла для всего ответ.
Ну же, Том, я пришла. И я нас спасу.
Вот к горизонту путь, и он полон звезд,
а за нашими спинами вспыхивают мосты.
Сколько бы ни было долгих далеких верст,
смотри же вперед –
там только я и ты.