Горошины

Рассыпались наши судьбы, словно мелкие горошины
На ладони неведомого Бога, то плохого, то хорошего...
Покатились горошины днями и  жизнями, до самого края,
Падая с ладони Бога в бездну, в бездну ада или рая...

Странные такие вокруг судьбы - мелкие, ничтожные,
Неужели мы и правда те самые клятые горошины:
Послушные ветрам, со всех сторон покатые и гладкие,
И всем мы - по зубам, и всегда мы - спелые и сладкие?

Не пристало горошинам горчить мыслями и знанием,
Не пристало сохнуть и морщиться: мы не замечаем увядания.
Не могут горошины отличить плохое от хорошего,
И не несут ответственность: они всего-то ведь горошины...

И подумаешь, докатятся когда-нибудь горошины до края,
Вдруг им повезет, и они все-таки провалятся в бездну рая...
Там им все простят, и вспомнят о них только лишь хорошее,
О каждой отдельно прокатившейся по ладони Бога горошине...

Вот так и катятся, без особых терзаний, вперед горошины,
Соединяя своим движением свое будущее и свое прошлое,
Распластавшись своими жизнями на ладони у неведомого Бога,
От отдавая себя самих этому Богу понемногу...

Рассыпались наши судьбы, словно мелкие горошины
На ладони неведомого Бога, то плохого, то хорошего...
Покатились горошины днями и  жизнями, до самого края,
Падая с ладони Бога в бездну, в бездну ада или рая...