А Золушка доброй совсем не была.
И в жизни она никого не любила.
А то, что несчастной овечкой слыла,
И в грязных обносках все время ходила –
Так не было выбора. Мачехин гнев
Пугал ее пуще постылой работы.
Принцессой же став, наконец, осмелев,
Припомнила близким уж все, до икоты.
А крестная фея – исполнила долг,
Добра в ее действиях не было тоже.
Красивые туфли, корсет и подол –
Волшбой создала и не лезла из кожи.
А принц был дурак. Он повелся на лесть,
На тонкую кость и фальшивый румянец.
(Как важно порой недостаточно есть),
Попался он сразу же, в первый же танец.
Что делать, когда в королевстве глупцов,
Злодеев, лжецов, для писателя сказки
Едва ли найдется, одно хоть, лицо,
Чтоб сделать героем его без прикраски?
Поэтому Золушка стала добрей,
Король поумнел, принц обрел благородство,
А мачеха – парочку злых дочерей,
Конечно же, не обделенных уродством.
А Золушка доброй совсем не была
© Copyright: Мария Комета, 2015
Свидетельство о публикации №115093006829
Свидетельство о публикации №115093006829
Рецензии
