Где ты, потерянный рай?

Часами могу смотреть, как дочка возится с гусеницами, жуками, муравьями и прочей живностью, размером в байт, а то и меньше. И нет в этом общении никакого сюсюкания. Взглядов свысока, снисхождения что ли — этого тоже нет. Зато есть трепет. И нежность. И чем мельче букашка — тем тоньше полотно вибраций вокруг сердечка моего юного энтомолога. Не будучи им равной, она говорит с ними, как с равными. Мы с тобой одной крови. Даже больше. Она словно упреждает их желания. Вот улитка заползла на деревянную миску с завтраком — через секунду доча уже кормит ее кашей. И сразу столько недоумения и восторга в глазах ребенка: мама все время говорит, что улитки кушают листики, а они, оказывается, вон какие разборчивые — гречку им подавай. И даже вредную-превредную муху дочка не бранит, а скорее, по-дружески ставит на место: кыш, мол, проказница, зась! Наблюдая подобную пастораль, Ребенок-во-мне с укоризной так поводит бровью: ведь нем тоже когда-то работала эта дивная программа. И теперь лишь тепло на уровне солнечного сплетения не дает забыть об этих ощущениях — ощущениях потерянного рая.