Я веселюсь порой, как и другие...
Где шум, компания и легкое вино...
Но, так мне жалко, жалко молодые,-
Года мои....Минувшие давно...
Где я был молодым, душа парила...
Давно как это было.... Всё ушло...
Где мама поправляла и стыдила,
А я смеялся, говорил: "всё-всё..."
Теперь смотрю на сына я тихонько...
И вижу,- повторение моё...
Взгляд мой, такой же голос звонкий,
И кровь играет также у него...
Боюсь, боюсь что натворит ошибок,
Как уберечь? Не знаю, не скажу...
А жизнь идет, и, даже очень шибко...
Переживаю я за сына и молю,
Тебя Господь! Убереги его от драмы,
От хамства,зла и прочего "добра"...
Рука дрожит....Я вспомнил руки мамы...
Был не совсем послушным сыном я....
И грусть в глазах, она меня тревожит...
Как он поступит и куда ему идти!?
Моя душа считает видно тоже...
Чтобы его шаги не наслоились на мои...
Как уберечь...
© Copyright: Станислав Зарудний, 2015
Свидетельство о публикации №115090909118
Свидетельство о публикации №115090909118
Рецензии
А теперь Ты, значит, знаешь, куда идти, чтобы вот шаги зря не наслаивались?
Вот у Гумилёва опыт жизни, "Заблудившийся трамвай", из которого совершенно не вынесешь никакого поучения.
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
Николай Гумилёв
Агата Кристи Ак 27.09.2015 18:00 • Заявить о нарушении
Вот у Гумилёва опыт жизни, "Заблудившийся трамвай", из которого совершенно не вынесешь никакого поучения.
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
Николай Гумилёв
Агата Кристи Ак 27.09.2015 18:00 • Заявить о нарушении
Чужая душа- потемки.... Я заметил одну истину... На данный период времени, надо писать как можно сжатие и основную мысль подать и донести читателю... Может я не прав... У меня есть (много куплетов в стихах)но, там я выражаю рассказ, или прочитанное, которое не вмешается кратко... и не выбрасываю из контекста моменты прочитанного, услышанного....
Станислав Зарудний 27.09.2015 18:34 Заявить о нарушении
Станислав Зарудний 27.09.2015 18:34 Заявить о нарушении
Села я на подоконник, ноги свесив.
Он тогда спросил тихонечко: Кто здесь?
-- Это я пришла. -- Зачем? -- Сама не знаю.
-- Время позднее, дитя, а ты не спишь.
Я луну увидела на небе,
Я луну увидела и луч.
Упирался он в твое окошко, --
Оттого, должно быть, я пришла...
Марина Цветаева "Даниил"
Я Цветаеву прочитала в подростковом возрасте. Сняла, буквально, сборник со стеллажа, и прочитала. Тогда же прочитала Блока. Мне очень плохо было жить, постоянные депрессии и мысли о смерти. А когда я читала Серебряный Век, мне горло перехватывало наркоманским восторгом и истерически казалось, что вот, только ради этих ощущений жить и следует. Дальше - всё чтения и ощущения, которые можно сравнительно описать гумилёвским "заблудившимся трамваем". Крайняя степень отчаяния, крайняя степень восторга, ощущение тог8о, что что-то прелестное, небывалое, не то проходит, не то прошло. Что именно проходит и прошло, описать внятно и кратко невозможно, и лучше всего это описано в "заблудившемся трамвае" "Машенька, ты здесь жила и пела".
Мои молодые руки
Тот договор подписали
Среди цветочных киосков
И граммофонного треска,
Под взглядом косым и пьяным
Газовых фонарей.
И старше была я века
Ровно на десять лет.
А на закат наложен
Был белый траур черемух,
Что осыпался мелким
Душистым, сухим дождем…
И облака сквозили
Кровавой цусимской пеной,
И плавно ландо катили
Теперешних мертвецов…
А нам бы тогдашний вечер
Показался бы маскарадом,
Показался бы карнавалом
Феерией grand-gala…
*
От дома того – ни щепки,
Та вырублена аллея,
Давно опочили в музее
Те шляпы и башмачки.
Кто знает, как пусто небо
На месте упавшей башни,
Кто знает, как тихо в доме,
Куда не вернулся сын.
Ты неотступен, как совесть,
Как воздух, всегда со мною,
Зачем же зовешь к ответу?
Свидетелей знаю твоих:
То Павловского вокзала
Раскаленный музыкой купол
И водопад белогривый
У Баболовского дворца.
Анна Ахматова
К Музе
Есть в напевах твоих сокровенных
Роковая о гибели весть.
Есть проклятье заветов священных,
Поругание счастия есть.
И такая влекущая сила,
Что готов я твердить за молвой,
Будто ангелов ты низводила,
Соблазняя своей красотой...
И когда ты смеешься над верой,
Над тобой загорается вдруг
Тот неяркий, пурпурово-серый
И когда-то мной виденный круг.
Зла, добра ли?—Ты вся—не отсюда.
Мудрено про тебя говорят:
Для иных ты — и Муза, и чудо.
Для меня ты — мученье и ад.
Я не знаю, зачем на рассвете,
В час, когда уже не было сил,
Не погиб я, но лик твой заметил
И твоих утешений просил?
Я хотел, чтоб мы были врагами,
Так за что ж подарила мне ты
Луг с цветами и твердь со звездами
Всё проклятье своей красоты?
И коварнее северной ночи,
И хмельней золотого аи,
И любови цыганской короче
Были страшные ласки твои...
И была роковая отрада
В попираньи заветных святынь,
И безумная сердцу услада -
Эта горькая страсть, как полынь!
Ал.Блок
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:40 Заявить о нарушении
Он тогда спросил тихонечко: Кто здесь?
-- Это я пришла. -- Зачем? -- Сама не знаю.
-- Время позднее, дитя, а ты не спишь.
Я луну увидела на небе,
Я луну увидела и луч.
Упирался он в твое окошко, --
Оттого, должно быть, я пришла...
Марина Цветаева "Даниил"
Я Цветаеву прочитала в подростковом возрасте. Сняла, буквально, сборник со стеллажа, и прочитала. Тогда же прочитала Блока. Мне очень плохо было жить, постоянные депрессии и мысли о смерти. А когда я читала Серебряный Век, мне горло перехватывало наркоманским восторгом и истерически казалось, что вот, только ради этих ощущений жить и следует. Дальше - всё чтения и ощущения, которые можно сравнительно описать гумилёвским "заблудившимся трамваем". Крайняя степень отчаяния, крайняя степень восторга, ощущение тог8о, что что-то прелестное, небывалое, не то проходит, не то прошло. Что именно проходит и прошло, описать внятно и кратко невозможно, и лучше всего это описано в "заблудившемся трамвае" "Машенька, ты здесь жила и пела".
Мои молодые руки
Тот договор подписали
Среди цветочных киосков
И граммофонного треска,
Под взглядом косым и пьяным
Газовых фонарей.
И старше была я века
Ровно на десять лет.
А на закат наложен
Был белый траур черемух,
Что осыпался мелким
Душистым, сухим дождем…
И облака сквозили
Кровавой цусимской пеной,
И плавно ландо катили
Теперешних мертвецов…
А нам бы тогдашний вечер
Показался бы маскарадом,
Показался бы карнавалом
Феерией grand-gala…
*
От дома того – ни щепки,
Та вырублена аллея,
Давно опочили в музее
Те шляпы и башмачки.
Кто знает, как пусто небо
На месте упавшей башни,
Кто знает, как тихо в доме,
Куда не вернулся сын.
Ты неотступен, как совесть,
Как воздух, всегда со мною,
Зачем же зовешь к ответу?
Свидетелей знаю твоих:
То Павловского вокзала
Раскаленный музыкой купол
И водопад белогривый
У Баболовского дворца.
Анна Ахматова
К Музе
Есть в напевах твоих сокровенных
Роковая о гибели весть.
Есть проклятье заветов священных,
Поругание счастия есть.
И такая влекущая сила,
Что готов я твердить за молвой,
Будто ангелов ты низводила,
Соблазняя своей красотой...
И когда ты смеешься над верой,
Над тобой загорается вдруг
Тот неяркий, пурпурово-серый
И когда-то мной виденный круг.
Зла, добра ли?—Ты вся—не отсюда.
Мудрено про тебя говорят:
Для иных ты — и Муза, и чудо.
Для меня ты — мученье и ад.
Я не знаю, зачем на рассвете,
В час, когда уже не было сил,
Не погиб я, но лик твой заметил
И твоих утешений просил?
Я хотел, чтоб мы были врагами,
Так за что ж подарила мне ты
Луг с цветами и твердь со звездами
Всё проклятье своей красоты?
И коварнее северной ночи,
И хмельней золотого аи,
И любови цыганской короче
Были страшные ласки твои...
И была роковая отрада
В попираньи заветных святынь,
И безумная сердцу услада -
Эта горькая страсть, как полынь!
Ал.Блок
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:40 Заявить о нарушении
Всякие есть интересные идеи и впечатления. Вот в стихах у Набокова ЛГ ходит на свидание к почтовому ящику на углу. Прикладывает к этому ящику ухо и слушает, что ему говорят письма.
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:42 Заявить о нарушении
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:42 Заявить о нарушении
Как в рекламе по ТВ: продавец телефонов и покупатель, а за окном зебры. Покупатель задумчиво смотрит на этих зебр. Всегда, говорит, вокруг меня что-то происходит. Буду постить в Интернете, стану крутым блогером.
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:50 Заявить о нарушении
Агата Кристи Ак 30.09.2015 18:50 Заявить о нарушении
Не знаю, если мне покажут таких людей в реале, которые ходят к ящику ухо прилаживают и поясняют сие этим- я отвечу еб...... честно, как на духу...
Станислав Зарудний 30.09.2015 20:17 Заявить о нарушении
Станислав Зарудний 30.09.2015 20:17 Заявить о нарушении
Ну не судьба тебе было быть знакомым с Владимиром Набоковым.
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:30 Заявить о нарушении
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:30 Заявить о нарушении
Хошь на меня смотри в реале. Помню, как открою Цветаеву, таким восторгом горло перехватывает, и ветви небо закрывают, и облака по небу летят. Реально что-то наркоманское, у меня родзители руки проверяли, может я чем ширяюсь. Цветаева Ахматовой посвятила, так у меня такое было от самой Цветаевой:
Охватила голову и стою, —
Что людские козни! —
Охватила голову и пою
На заре на поздней.
Ах, неистовая меня волна
Подняла на гребень!
Я тебя пою, что у нас — одна,
Как луна на небе!
Что, на сердце вороном налетев,
В облака вонзилась.
Горбоносую, чей смертелен гнев
И смертельна — милость.
Что и над червонным моим Кремлем
Свою ночь простерла,
Что певучей негою — как ремнем,
Мне стянула горло.
Ах, я счастлива! Никогда заря
Не сгорала — чище.
Ах, я счастлива, что, тебя даря,
Удаляюсь — нищей,
Что тебя, чей голос — о глубь, о мгла! —
Мне дыханье сузил,
Я впервые именем назвала
Царскосельской Музы.
МЦ посв. Ахматовой
***
А я была потрясена, просто представила: влюбился в меня поэт, сидит напротив, молчит, смотрит на меня, что-то думает. А что же он думает?
О, любовь, ты светла и крылата,-
но я в блеске твоем не забыл,
что в пруду неизвестном когда-то
я простым головастиком был.
Я на первой странице творенья
только маленькой был запятой,-
но уже я любил отраженья
в полнолунье и день золотой.
И, дивясь темно-синим стрекозкам,
я играл, и нырял, и всплывал,
отливал гуттаперчевым лоском
и мерцающий хвостик свивал.
В том пруду изумрудно-узорном,
где змеились лучи в темноте,
где кружился я живчиком черным,-
ты сияла на плоском листе.
О, любовь. Я за тайной твоею
возвращаюсь по лестнице лет...
В добрый час водяную лилею
полюбил головастик-поэт.
Вл.Набоков
Тоже, дозубрилась однажды до белой горячке, по теме какие-нибудь стихотворения Брюсова надо прочесть, открываю и читаю:
Ночью
Дремлет Москва, словно самка спящего страуса,
Грязные крылья по темной почве раскинуты,
Кругло-тяжелые веки безжизненно сдвинуты,
Тянется шея - беззвучная, черная Яуза.
Чуешь себя в африканской пустыне на роздыхе.
Чу! что за шум? не летят ли арабские всадники?
Нет! качая грузными крыльями в воздухе,
То приближаются хищные птицы - стервятники.
Падали запах знаком крылатым разбойникам,
Грозен голос близкого к жизни возмездия.
Встанешь, глядишь... а они все кружат над покойником,
В небе ж тропическом ярко сверкают созвездия.
В.Я.Брюсов
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:38 Заявить о нарушении
Охватила голову и стою, —
Что людские козни! —
Охватила голову и пою
На заре на поздней.
Ах, неистовая меня волна
Подняла на гребень!
Я тебя пою, что у нас — одна,
Как луна на небе!
Что, на сердце вороном налетев,
В облака вонзилась.
Горбоносую, чей смертелен гнев
И смертельна — милость.
Что и над червонным моим Кремлем
Свою ночь простерла,
Что певучей негою — как ремнем,
Мне стянула горло.
Ах, я счастлива! Никогда заря
Не сгорала — чище.
Ах, я счастлива, что, тебя даря,
Удаляюсь — нищей,
Что тебя, чей голос — о глубь, о мгла! —
Мне дыханье сузил,
Я впервые именем назвала
Царскосельской Музы.
МЦ посв. Ахматовой
***
А я была потрясена, просто представила: влюбился в меня поэт, сидит напротив, молчит, смотрит на меня, что-то думает. А что же он думает?
О, любовь, ты светла и крылата,-
но я в блеске твоем не забыл,
что в пруду неизвестном когда-то
я простым головастиком был.
Я на первой странице творенья
только маленькой был запятой,-
но уже я любил отраженья
в полнолунье и день золотой.
И, дивясь темно-синим стрекозкам,
я играл, и нырял, и всплывал,
отливал гуттаперчевым лоском
и мерцающий хвостик свивал.
В том пруду изумрудно-узорном,
где змеились лучи в темноте,
где кружился я живчиком черным,-
ты сияла на плоском листе.
О, любовь. Я за тайной твоею
возвращаюсь по лестнице лет...
В добрый час водяную лилею
полюбил головастик-поэт.
Вл.Набоков
Тоже, дозубрилась однажды до белой горячке, по теме какие-нибудь стихотворения Брюсова надо прочесть, открываю и читаю:
Ночью
Дремлет Москва, словно самка спящего страуса,
Грязные крылья по темной почве раскинуты,
Кругло-тяжелые веки безжизненно сдвинуты,
Тянется шея - беззвучная, черная Яуза.
Чуешь себя в африканской пустыне на роздыхе.
Чу! что за шум? не летят ли арабские всадники?
Нет! качая грузными крыльями в воздухе,
То приближаются хищные птицы - стервятники.
Падали запах знаком крылатым разбойникам,
Грозен голос близкого к жизни возмездия.
Встанешь, глядишь... а они все кружат над покойником,
В небе ж тропическом ярко сверкают созвездия.
В.Я.Брюсов
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:38 Заявить о нарушении
А самое известное стихотворение Брюсова это вообще мой кошмар. Что-то в нём есть конечно... Не от мира сего; но вот опять так дозубришься, а под конец, пожалуйста, читаешь:
Тень несозданных созданий
Колыхается во сне,
Словно лопасти латаний
На эмалевой стене.
Фиолетовые руки
На эмалевой стене
Полусонно чертят звуки
В звонко-звучной тишине.
И прозрачные киоски,
В звонко-звучной тишине,
Вырастают, словно блестки,
При лазоревой луне.
Всходит месяц обнаженный
При лазоревой луне...
Звуки реют полусонно,
Звуки ластятся ко мне.
Тайны созданных созданий
С лаской ластятся ко мне,
И трепещет тень латаний
На эмалевой стене.
В.Я.Брюсов
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:44 Заявить о нарушении
Тень несозданных созданий
Колыхается во сне,
Словно лопасти латаний
На эмалевой стене.
Фиолетовые руки
На эмалевой стене
Полусонно чертят звуки
В звонко-звучной тишине.
И прозрачные киоски,
В звонко-звучной тишине,
Вырастают, словно блестки,
При лазоревой луне.
Всходит месяц обнаженный
При лазоревой луне...
Звуки реют полусонно,
Звуки ластятся ко мне.
Тайны созданных созданий
С лаской ластятся ко мне,
И трепещет тень латаний
На эмалевой стене.
В.Я.Брюсов
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:44 Заявить о нарушении
Борис Пастернак считал, что это периодами бывает у настоящего поэта: сначала поэт пишет просто, потом начинаются эксперименты, а потом поэт, обогащённый этими экспериментами, снова пишет просто. Моё любимое у Брюсова:
Лист широкий, лист банана,
На журчащей Годавери,
Тихим утром - рано, рано -
Помоги любви и вере!
Орхидеи и мимозы
Унося по сонным волнам,
Осуши надеждой слезы,
Сохрани венок мой полным.
И когда, в дали тумана,
Потеряю я из виду
Лист широкий, лист банана,
Я молиться в поле выйду;
В честь твою, богиня Счастья,
В честь твою, суровый Кама,
Серьги, кольца и запястья
Положу пред входом храма.
Лист широкий, лист банана,
Если ж ты обронишь ношу,
Тихим утром - рано, рано -
Амулеты все я сброшу.
По журчащей Годавери
Я пойду, верна печали,
И к безумной баядере
Снизойдет богиня Кали!
В.Я.Брюсов
Это так девушки гадали: пускали по реке венки из плодов и цветов, ир если венок не перевернулся, значит, в любви всё сложится.
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:47 Заявить о нарушении
Лист широкий, лист банана,
На журчащей Годавери,
Тихим утром - рано, рано -
Помоги любви и вере!
Орхидеи и мимозы
Унося по сонным волнам,
Осуши надеждой слезы,
Сохрани венок мой полным.
И когда, в дали тумана,
Потеряю я из виду
Лист широкий, лист банана,
Я молиться в поле выйду;
В честь твою, богиня Счастья,
В честь твою, суровый Кама,
Серьги, кольца и запястья
Положу пред входом храма.
Лист широкий, лист банана,
Если ж ты обронишь ношу,
Тихим утром - рано, рано -
Амулеты все я сброшу.
По журчащей Годавери
Я пойду, верна печали,
И к безумной баядере
Снизойдет богиня Кали!
В.Я.Брюсов
Это так девушки гадали: пускали по реке венки из плодов и цветов, ир если венок не перевернулся, значит, в любви всё сложится.
Агата Кристи Ак 01.10.2015 19:47 Заявить о нарушении
Это другое мой друг-это не ящик-это восторг и предчувствие прекрасного!!!! Здесь полет, предвкушения, открытия.... С уважением....Стас.
Станислав Зарудний 01.10.2015 20:21 Заявить о нарушении
Станислав Зарудний 01.10.2015 20:21 Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.