1. Не сломить

                памяти Зои Космодемьянской



По деревне, по снегу, голой,
Взяв за руки, ее вели.
Понимала, что смерть уж — близко.
Но сломить ее не смогли.
Растрепались на ветре косы,
А в глазах — жажда дальше жить.
Пережить смогла все допросы,
И сейчас им её не сломить.

Провели по дороге. Люди
Все стояли, кто там, кто сям.
За бездействие их осудят,
Предоставим сие богам.
Она шла тихим шагом, ровно,
С гордо поднятой головой.
И не двинула даже бровью,
Оказавшися за чертой,
За формальной. Там жизнь, здесь — смерти.
Победить бы любой ценой!
И не сломят ее эти черти,
Тайну важную — только с собой.

Говорила негромко, связно.
Призывала к защите всех.
Да, конечно, ей было страшно,
Но главнее — страны успех.
Фриц смеялся, народ — глумился,
Камер где-то щелкал затвор.
А из уст ее голос лился,
Призывая давать отпор.

Повязали шнурок на шее.
То петля, а под ней — табло.
На табличке — знак осужденья.
Только было это — не зло.
"Поджигатель домов" — позорно?
То для немцев. Для русских — нет.
И не сжалась она покорно,
Все равно не дала ответ.

И что немец, что свой — все били.
Она молча стояла. Ей
Не нужно, чтоб все любили.
Ей предательство — то больней.
Из-под ног улетел тот ящик,
На котором стоять могла.
Становясь все бледней и мягче,
Из нее улетела душа.


"Поджигатель домов" — позорно?
То для немцев. Для русских — нет.
Подвиг твой для солдат, бесспорно,
Был опорой для всех побед.