Твоим неистовым глазам,
Миры далёкие не тайна.
По их зелёным небесам
Я многое узнал, случайно.
По черноте твоих бровей,
В их крыльях благородной птицы,
Прочёл я тысячи ночей —
Желаний, лучшие страницы.
И вот теперь, дойдя до губ,
Ни с чем в тебе уже не споря,
Осознаю, что я - Колумб,
В глубинах розового моря.
Приоткрывать, что не дано
Земель неведомых не знавшим,
Не многим было суждено,
В минувшем призраке вчерашнем.
Я рад, что избранный Судьбой...
Глаза - полёт, а счастье - губы...
Пусть Мир знакомится с тобой,
С простым сибирским русским чудом.
Твоим неистовым глазам
© Copyright: Бри Ли Ант, 2015
Свидетельство о публикации №115090804174
Свидетельство о публикации №115090804174
Рецензии
Это стихотворение — торжествующий гимн поэтическому открытию и благодарности музе. В нём Ложкин развивает тему познания Другого, но если в «Ты не доступна для осознанья» герой капитулировал перед непознаваемостью, то здесь он — победитель, первооткрыватель. Возлюбленная предстаёт не неприступной крепостью, а целой вселенной, щедро открывающей герою свои тайны. Это диалог, в котором «ты» становится источником откровения и вдохновения, а «я» — счастливым избранником, донесшим это чудо до мира.
1. Основной конфликт: Безграничная, почти космическая глубина внутреннего мира возлюбленной vs. счастливая способность героя-поэта это «прочесть», «узнать» и «приоткрыть» для всех.
Конфликт здесь не трагичен, а плодотворен. Герой не бьётся о стену непонимания, а последовательно и уверенно расшифровывает «текст», который являет собой возлюбленная. Его путь — планомерное исследование: от глаз (окна в «далёкие миры») через брови (символ ночи и тайны) к губам (источник речи, поцелуя, откровения). В кульминации он осознаёт себя Колумбом, достигшим новой земли. Конфликт между масштабом тайны и возможностями познающего снимается благодаря избранничеству («избранный Судьбой») и миссии даровать это открытие миру.
2. Ключевые образы и их трактовка
«Неистовые глаза» / «зелёные небеса»: Глаза — не просто орган, а целые вселенные, обладающие своей атмосферой, цветом и пространством. «Неистовые» — наполненные страстью, энергией, жизнью. По этим «небесам» герой путешествует, обретая знание.
«Чернота бровей... крылья благородной птицы»: Брови уподоблены ночному полёту таинственной птицы (возможно, ворона или мысли). В их изгибе герой «прочёл тысячи ночей» — всю глубину опыта, снов, желаний. Это переход от созерцания космоса (глаза) к постижению внутренней, сокровенной тьмы души.
«Я — Колумб, / В глубинах розового моря»: Кульминационная метафора. Губы — это не просто часть лица, а новая земля, открытая в «розовом море» (плоти, чувственности, речи). Герой уподоблен великому первооткрывателю, но его открытие — не материк, а сама сущность другого человека. Это акт высшей интимности и творчества.
«Приоткрывать, что не дано / Земель неведомых не знавшим»: Формулировка миссии поэта. Он — посредник, которому дано приоткрыть для других то, что самому миру («не знавшим») недоступно. Это прямая декларация роли художника как проводника в чужие вселенные.
«Простое сибирское русское чудо»: Финальная строка в этой версии обретает ещё большую силу и масштаб. Сибирь — символ бескрайности, суровой и чистой красоты, сокровенной, малоизвестной мощи России. «Чудо» оказывается не просто локальным, а сокрытым в глубинах огромной страны, что делает его открытие ещё более значимым. Это гимн не просто женщине, а русской, сибирской душе как явлению вселенского масштаба.
3. Структура и интонация
Пять строф с перекрёстной и опоясывающей рифмовкой. Ритм торжественный, маршевый. Интонация развивается от почтительного изумления («многое узнал») через углублённое чтение («прочёл тысячи ночей») к триумфальному осознанию («я — Колумб») и завершается манифестом-посвящением всему миру. Финал звучит как эпическое заклинание.
4. Связь с поэтикой Ложкина и литературная традиция
Ложкин:
Диалогизм как откровение: Прямая противоположность стихотворению «Ты не доступна...». Здесь диалог состоялся, и «ты» стала источником света и знания.
Онтологизация возлюбленной: Она — «мир», «континент», «чудо». Герой не просто любит, он исследует и открывает.
Мотив пути и открытия: Герой — путешественник (Колумб), успешно завершивший свою миссию. Это победа над «напрасностью» пути из «Колокола».
Поэт как избранник и проводник: Идея избранности Судьбой для «приоткрывания» тайн миру сближает этот текст с миссией поэта из «Наконечника моей авторучки», но здесь нет трагизма, только радость и торжество.
Национальный код: «Сибирское русское чудом» вносит в любовную лирику мощный пласт национальной идентичности, роднящий Ложкина с традицией Есенина.
Литературная традиция:
Традиция поэтического гимна возлюбленной (от Петрарки до Блока).
Метафора женщины-вселенной, распространённая в романтической и символистской поэзии.
Образ поэта-первооткрывателя, восходящий к романтизму.
Вывод:
«Твоим неистовым глазам» в варианте с «сибирским чудом» — это стихотворение-апофеоз. В нём Ложкин празднует не только открытие любимой женщины, но и открытие в ней целой национальной и метафизической вселенной. Поэт выступает здесь как счастливый Колумб, чья экспедиция увенчалась успехом: он не только достиг «розового моря» её губ, но и вынес на суд мира обнаруженное им «сибирское русское чудо» — сокровенную, мощную, бескрайнюю душу. В контексте творчества это один из самых жизнеутверждающих и мажорных текстов, где экзистенциальный поиск находит своё разрешение не в борьбе или капитуляции, а в триумфальной встрече, освящённой избранничеством и служением.
Бри Ли Ант 25.12.2025 18:52 • Заявить о нарушении
1. Основной конфликт: Безграничная, почти космическая глубина внутреннего мира возлюбленной vs. счастливая способность героя-поэта это «прочесть», «узнать» и «приоткрыть» для всех.
Конфликт здесь не трагичен, а плодотворен. Герой не бьётся о стену непонимания, а последовательно и уверенно расшифровывает «текст», который являет собой возлюбленная. Его путь — планомерное исследование: от глаз (окна в «далёкие миры») через брови (символ ночи и тайны) к губам (источник речи, поцелуя, откровения). В кульминации он осознаёт себя Колумбом, достигшим новой земли. Конфликт между масштабом тайны и возможностями познающего снимается благодаря избранничеству («избранный Судьбой») и миссии даровать это открытие миру.
2. Ключевые образы и их трактовка
«Неистовые глаза» / «зелёные небеса»: Глаза — не просто орган, а целые вселенные, обладающие своей атмосферой, цветом и пространством. «Неистовые» — наполненные страстью, энергией, жизнью. По этим «небесам» герой путешествует, обретая знание.
«Чернота бровей... крылья благородной птицы»: Брови уподоблены ночному полёту таинственной птицы (возможно, ворона или мысли). В их изгибе герой «прочёл тысячи ночей» — всю глубину опыта, снов, желаний. Это переход от созерцания космоса (глаза) к постижению внутренней, сокровенной тьмы души.
«Я — Колумб, / В глубинах розового моря»: Кульминационная метафора. Губы — это не просто часть лица, а новая земля, открытая в «розовом море» (плоти, чувственности, речи). Герой уподоблен великому первооткрывателю, но его открытие — не материк, а сама сущность другого человека. Это акт высшей интимности и творчества.
«Приоткрывать, что не дано / Земель неведомых не знавшим»: Формулировка миссии поэта. Он — посредник, которому дано приоткрыть для других то, что самому миру («не знавшим») недоступно. Это прямая декларация роли художника как проводника в чужие вселенные.
«Простое сибирское русское чудо»: Финальная строка в этой версии обретает ещё большую силу и масштаб. Сибирь — символ бескрайности, суровой и чистой красоты, сокровенной, малоизвестной мощи России. «Чудо» оказывается не просто локальным, а сокрытым в глубинах огромной страны, что делает его открытие ещё более значимым. Это гимн не просто женщине, а русской, сибирской душе как явлению вселенского масштаба.
3. Структура и интонация
Пять строф с перекрёстной и опоясывающей рифмовкой. Ритм торжественный, маршевый. Интонация развивается от почтительного изумления («многое узнал») через углублённое чтение («прочёл тысячи ночей») к триумфальному осознанию («я — Колумб») и завершается манифестом-посвящением всему миру. Финал звучит как эпическое заклинание.
4. Связь с поэтикой Ложкина и литературная традиция
Ложкин:
Диалогизм как откровение: Прямая противоположность стихотворению «Ты не доступна...». Здесь диалог состоялся, и «ты» стала источником света и знания.
Онтологизация возлюбленной: Она — «мир», «континент», «чудо». Герой не просто любит, он исследует и открывает.
Мотив пути и открытия: Герой — путешественник (Колумб), успешно завершивший свою миссию. Это победа над «напрасностью» пути из «Колокола».
Поэт как избранник и проводник: Идея избранности Судьбой для «приоткрывания» тайн миру сближает этот текст с миссией поэта из «Наконечника моей авторучки», но здесь нет трагизма, только радость и торжество.
Национальный код: «Сибирское русское чудом» вносит в любовную лирику мощный пласт национальной идентичности, роднящий Ложкина с традицией Есенина.
Литературная традиция:
Традиция поэтического гимна возлюбленной (от Петрарки до Блока).
Метафора женщины-вселенной, распространённая в романтической и символистской поэзии.
Образ поэта-первооткрывателя, восходящий к романтизму.
Вывод:
«Твоим неистовым глазам» в варианте с «сибирским чудом» — это стихотворение-апофеоз. В нём Ложкин празднует не только открытие любимой женщины, но и открытие в ней целой национальной и метафизической вселенной. Поэт выступает здесь как счастливый Колумб, чья экспедиция увенчалась успехом: он не только достиг «розового моря» её губ, но и вынес на суд мира обнаруженное им «сибирское русское чудо» — сокровенную, мощную, бескрайнюю душу. В контексте творчества это один из самых жизнеутверждающих и мажорных текстов, где экзистенциальный поиск находит своё разрешение не в борьбе или капитуляции, а в триумфальной встрече, освящённой избранничеством и служением.
Бри Ли Ант 25.12.2025 18:52 • Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.